Короче, Кобра и Бухгалтер в темпе вальса сняли всех четверых: она из «Винтореза», он из «Вала», после чего нам с Доком осталось только дать сигнал Птице, после чего подойти к стоянке и забрать со стола банк, то есть так интересующих нас возможных соотечественников.
Уже потом, когда спала горячка, я вдруг понял, что начал черстветь среди всех этих баб. Раньше бы у меня не получилось убивать женщин с такой легкостью, как сегодня. А теперь смотри ж ты – все четверо амазонок на стоянке были или мертвы, или ранены так тяжело, что нуждались уже не в перевязке, а только в ударе милосердия, который бы выпустил души из их тел быстро и без лишних мучений.
Анна Сергеевна Струмилина"
"Капитан Серегин вышел на связь и сообщил мне, что все – дело сделано, и сейчас мы идем, а точнее едем к каравану – знакомиться с теми, кого так старательно освобождали. Вот там-то для меня и начнется главная работа – читать мысли пленника и пленницы, и пересказывать их нашему командиру.
Хотя этим приемом нежелательно пользоваться слишком часто, ибо возникшая в процессе работы стойкая головная боль будет потом обеспечена надолго. Сам Серегин и все его орлы уже там, и ждут только меня.
А там, на стоянке амазонок, жизнь била ключом и картина была писана маслом. Первое, что мне бросилось в глаза – привязанные под деревом ослики оказались вовсе не осликами, а странными коренастыми и ушастыми животными с тремя опорными пальцами на передних и задних ногах, покрытыми прочными роговыми копытами, еще два пальца были недоразвиты и свисали по бокам, не доставая до земли.
Довершал картину длинный хвост с кисточкой на конце, которым эти милые создания, тяжело навьюченные, отмахивались от докучливых насекомых.
Но, конечно же, не эти недолошади-недоослы оказались здесь центральными фигурами.
Сам Серегин и прочие его орлы собрались вокруг тех двоих в комбинезонах, и сейчас оттуда доносились чисто отечественные экспрессивные речевые конструкции, насквозь цензурные, но, тем не менее, сочные и колоритные, произносимые грудным чуть хрипловатым женским голосом. Очевидно, предчувствие капитана оправдались, и те двое таинственных пленников все-таки оказались нашими соотечественниками.
