Быстро собрав на поднос кофе с завтраком, я пошла умасливать своего мужчину. Я запомнила его предупреждение насчет моего отсутствия утром. «Ну их, этих принцев! Вдруг и правда прикует к себе, – усмехнулась я. – А так оправдаю свое отсутствие. И вообще, я же не виновата, что он так долго спит!»
– Ты где была?! – Ой, кажется, кто-то обиженно сверкает глазками."
"– А где же «доброе утро, любимая»? – Лучшая тактика защиты – это нападение. – Я тут, понимаешь ли, завтраком решила тебя порадовать, а ты… – пришлось тут же надуть губки, стараясь не рассмеяться над его растерянным выражением лица.
Я присела на кровать и поставила поднос на прикроватную тумбочку. Воран отметил, что я в его рубашке, и его взгляд тут же нырнул в ее вырез, где в стратегическом месте отсутствовала пуговица и он распахнулся, когда я наклонилась.
– Воран! – взвизгнула я, так как он неуловимым движением опрокинул меня на кровать и навис надо мной.
– Да, любимая? – довольно промурлыкал он, наклоняясь ко мне и приближая губы к вырезу.
– Ты меня убиваешь! – выдохнула я.
– Что?! – вскричал он и обеспокоенно посмотрел на меня. – Тебе плохо? Как ты себя чувствуешь? Это после вчерашнего? – обрушились на меня вопросы.
Переход от роли соблазнителя к роли заботливой мамаши был столь резок, что я не выдержала и захихикала.
– Шелани-и-и! – уже другим тоном рявкнул он, сверкая глазами.
– Единственное, что мне грозит, так это оглохнуть! – пожаловалась я.
– Это вряд ли, но я учту, – опять промурлыкал он и, изменив курс, потянулся к моим губам.
– Доброе утро!
– Доброе, – отозвалась я и встретила его губы. Мм… Вот не понимаю я, как можно утром так вкусно пахнуть?! Черт, ну почему он так неотразим?!
Воран перевернул меня на себя и вдруг шлепнул по ягодицам.
– А это за то, что напугала.
Я ойкнула и начала вырываться – да куда там! Возмущенная, я изменил тактику и начала его щекотать. Ха! Кажется, не одна я боюсь щекотки. Вот так барахтаясь, мне все же заломили руки и наградили поцелуями, награждали бы и дальше, да я начала взывать к благоразумию и предложила отведать плоды моих утренних трудов, пока кофе не остыл.
Воран посмотрел на меня, и чаша весов склонялась явно не к завтраку, но я нахмурилась, и он со вздохом освободил меня.
– Воран, – осторожно начала я разговор, пока он завтракал, – а мы можем здесь задержаться?
Он бросил на меня острый взгляд из-под ресниц.
