Как раз вовремя – машина Вадима подъехала на парковку у подъезда.
«Выходи, я приехал», – прилетело сухое сообщение на мой мобильник.
Вадим Алексеевич не удосужился мне позвонить, отделался сообщением. Значит, он не в духе.
Щелкнув замком на сумочке, я погасила свет в квартире и отправилась к лифту.
– А почему ты не зашел? – поинтересовалась у мужа, открывая переднюю дверцу его машины.
– Наверное, потому что уже половина шестого, а на дорогах пробки? – ядовито прищурился он.
Пожав плечами, я приземлилась на сиденье рядом с ним.
– Не понимаю, почему твоя мама не может проводить свои чаепития в выходные дни? К чему срывать всех с места в будни?
– Ей так удобно, – холодно отрезал Тихонов.
– Но ведь неудобно в первую очередь тебе, – мягко возразила я.
Понятно, что в любой другой день Вадим бы послал маму подальше и не приехал на ужин, ведь на носу было открытие нового корпуса в «Орионе», мы работали на износ. Но желание проучить меня за отказ было сильнее усталости.
– Давай ты сегодня не будешь спорить, – во взгляде мужа сверкнул опасный огонь.
– У меня был трудный день, и я не хочу срывать на тебе свою злость.
«Для этого есть мама?» – едва не слетело у меня с языка, но я вовремя его прикусила.
Машина тронулась с места, выворачивая из парковочного кармана, и тут взгляд моего мужа зацепил красные туфли.
Он испытующе взглянул на меня, но ничего не сказал. Только осторожно выдохнул и сосредоточился на дороге.
Мы ехали в загородный дом его матери.
Дом, в котором проживала Регина Тихонова в полном одиночестве, был настоящим произведением искусства.
Не знаю, какому архитектору пришло в голову создать это чудо искусства, но, если вы, как и я, являетесь фанатом классических детективов в духе Агаты Кристи, вас бы этот дом точно вдохновил. Меня вдохновлял. Если бы не психологическое давление его хозяйки, мне бы даже нравилось там бывать.
Выложенный красным кирпичом и окруженный еловым лесом трехэтажный особняк с башнями и просторной террасой был великолепен.
Не знаю, как моей свекрови было не страшно жить в таком огромном пространстве без единой души вокруг, но она не жаловалась.
Дом достался ей в наследство от деда по материнской линии, и она очень гордилась своим пристанищем. А чтобы ее не доставали немногочисленные соседи, Регина Тихонова держала свору огромных собак и до блеска начищенное ружье. Поговаривали, что из этого ружья она отстрелила яйца своему последнему любовнику, которого застукала с горничной.
