Данил не баловал меня такими ласками, за все несколько лет в отношениях я в его исполнении ни одного кунилингуса не почувствовала, лишь читала о том, как приятны эти ласки.
И, тем более, от Архипа, этого мужественного брутала я подобного не ожидала.
Но потом…
ЕГо губы прошлись по нежному местечку, от ямочки под коленкой, до самого бедра.
Сначала — губы. Потом — язык.
Когда его губы мазнули по клитору, тело словно прошибло током насквозь.
Затем — еще и еще.
Ласки губами и языком. Он не скупился на прикосновения, дарил мне целый коктейль ощущений и эмоций.
Я забыла, как дышать.
Что такое дышать, когда между ножек так хорошо и сладко становится?
Будто я — тающее мороженое, которое он слизывает языком, не давая пропасть ни одной капельке.
Все быстрее и быстрее, настойчивее.
Его язык буром вонзился в сочную сердцевину, проникая глубже и глубже.
На меня нахлынул поток эмоций, ощущений.
Тело словно превращается в огромный огненный шар, который становится больше и больше, пока… не лопается оглушающим салютом из мириадов золотых звездочек.
Меня трясет от удовольствия, перед глазами пляшут солнечные зайчики.
Я, кажется, оглохла.
От громких стонов, даже голос немного сел.
— Вот это ты выдала залп…
Архип поднимается с колен, вытирая блестящие, мокрые губы тыльной стороной ладони.
Миг смущения.
Он ловит меня, обнимает и целует в шею.
— Это кое-что на хорошем, Люд. Я прям каждой клеточкой тела ощутил твой оргази, и это… невероятный кайф.
— У меня это было впервые, — признаюсь я.
Краска заливает лицо.
Архип, посмотрев на меня, будто не поверил, моргнув:
— Впервые? То есть… Не было куни?
— Ни разу.
Архип молчит, затем широко ухмыльнулся, но в его ухмылке было столько тепла, что меня окатило будто солнцем.
— Я восполню эти пробелы, — пообещал он. — А теперь…
Он провел рукой по штанам, очертив контуры члена, вырисовывающегося под тканью.
Я поняла намек без слов, с готовностью двинувшись ближе.
— До конца, — предупредил, расстегивая пуговицу."
"Дергает молнию вниз, стягивает трусы, освободив большой, эрегированный член.
Его пальцы, обхватив ствол у самого основания, проводят вверх, потом скользят вниз и снова вверх.
Ритм этих движений гипнотизирует. И я, уже сама сгорая от нетерпения, двигаюсь ближе к краю.
Хочу ли я его?
Безумно.
Глава 13
Людмила
Я смотрю на Архипа, а он — на меня.
Контакт глаза в глаза похож на соприкосновение с оголенным проводом — эмоций слишком много.
Архип делает шаг вперед — самый последний.
