— Мне стыдно…
— Почему ты сразу мне не сказала, что этот урод так мелко и низко тебе решил отомстить?
— Ты… не поверил в это? — выдыхаю я изумленно.
— Только тупой и слепой, как пробка, мог бы поверить в эту хрень. Я попросил выяснить, кто разместил объявления, и сразу вышел на этого… Даню. Придурок поплатился своей челюстью и смазливым личиком, которое ему придется сшивать из лоскутков, — мрачно заявляет Архип. — Ты должна была мне сказать, я бы давно не оставил ни следа от этой грязной лжи.
Я не знаю, что сказать, просто слезы текут рекой.
— Тебя не было…
— Меня не было, потому что я отвез Анжелу и занялся выяснением всех нюансов. Действовали быстро, но все равно это стоило какого-то времени, — он замолкает. — Я не говорил, потому что решил, что мужики не о всех своих делах должны рассказывать. Приехал и сказал, что только ты мне нужна. Казалось, этого достаточно, чтобы ты не накручивала себя.
Архип тяжело дышит. Он не из тех, кто любит долгие объяснения, а сейчас ему приходится вывернуть напоказ всю душу.
Наизнанку.
Прилюдно!
Ведь кругом полно любопытных зевак, которые прислушиваются к каждому нашему слову.
Я всегда старалась не быть на виду у всех, но впервые в жизни мне абсолютно все равно, кто и что подумает обо мне и об Архипе, о нас.
Решается, может быть, моя жизнь и судьба…
На запыленном вокзале маленького городка.
— Ты был там… Ты выяснял… Почему ты не сказал? — возмущаюсья.
— Я сказал. Между мной и Анжелой все кончено. Эта шалашовка прогорела и решила вернуться обратно под бочок состоятельному мужчине.
Да не нужна мне такая дырка, которая и налево, и направоз звезденкой подмахивает! Амбиции я свои тешил, когда был с ней, а потом… все перегорело, не было привязанностей к ней. Почему не сказал? — ерошит волосы еще больше. — Мне казалось, я довольно ясно выразился: ТЫ МНЕ НУЖНА. ТОЛЬКО ТЫ! Куда яснее?
Молчит.
И потом спрашивает.
С некой претензией:
— А ты почему ничего не сказала? Почему тайком прочитала и даже не дождалась объяснений? Хоть бы в бок меня ткнула, да высказалась с претензией?
— Потому… Потому что мне, наверное, казалось нереальным, сказочным, что такой, как ты, может выбрать… меня, когда есть другие, — улыбаюсь натянуто.
— Нет никаких других. Для меня есть ТОЛЬКО ТЫ.
Он сжимает мои руки и опускается на одно колено. Прямо здесь, на грязной брусчастке.
— Людмила.
Вокруг ахают. Кто-то достает телефон, начинает снимать."
"— Ты — единственная, кто заставил меня чувствовать всей душой, всем сердцем.
