Укол между ребер, и толчки сердца в груди становятся гулкими и болезненными. Я смотрю на снимки и не вижу их.
– Вот здесь Станису два года…
Муж, приняв входящий звонок, выходит из комнаты.
– Здесь тоже, – показывает указательным пальцем, говоря при этом тихо и вкрадчиво, – Удивительно, что у мальчиков с ним ни одной общей черты. Правда, Варя?..
Взрыв, в эпицентре которого я нахожусь, разносит сознание в пыль. Я оглушена, и в состоянии видеть только шевелящиеся губы свекрови. Она говорит и замолкает, ожидая моего ответа.
– Варя?..
– Что?..
– Я могу попросить тебя об этом одолжении?
– Каком? – хриплю, не узнавая собственного голоса.
Она смотрит на моих детей, а мне приходится приложить все усилия, чтобы не броситься и не спрятать их от ее взгляда.
– Сделать тест днк.
Дрогнув, картинка перед глазами начинает раскачиваться. Разогнавшееся за секунды сердце отдает шумом в голову. Сжимаю трясущиеся руки в кулаки."
"– Это стандартная процедура, – продолжает Мари, – Я знаю много семей, проходивших через тест на отцовство.
– Мама!.. Не начинай… – раздается голос Станиса, – Ты обижаешь Варю.
Не выдержав давления, я закрываю лицо ладонями. Мне хочется кричать от отчаяния. Выкричать всю правду в ее холеное лицо, но не хватает дыхания. Паника, как цунами, накрывает с головой.
– Варь, – обеспокоенно зовет Станис, – Успокойся. Дыши. Мама, принеси воды!.. И позови няню!
У меня не получается. Провалившись в вакуум, я борюсь с приступом тошноты и безуспешно пытаюсь наполнить легкие воздухом.
Вскоре моих губ касается холодное стекло стакана, и рот наполняется водой, которую я с трудом проглатываю.
– Приляг, – мне помогают лечь на диван, после чего в комнате воцаряется долгожданная тишина.
Трясясь всем телом, я пытаюсь восстановить дыхание. Мне холодно и страшно до боли в животе.
Один шаг! Нужно мобилизовать силы и сделать всего одни шаг!
– Варя… Твой муж попросил дать тебе таблетку, – вдруг проникает в уши тихий шепот Марины, – И велел передать, что повез свою мать в аэропорт.
– Где дети?
– Играют.
– Побудь с ними, пожалуйста, пока Станис не вернется, – прошу, еле ворочая языком.
– Конечно.
Я знаю, что после этого лекарства меня ненадолго вырубит. Эти сорок минут необходимы для того, чтобы собраться с силами.
Почти сразу провалившись в глубокий сон без сновидений, просыпаюсь в полумраке от пристального взгляда мужа.
– Где мальчики? – спрашиваю сразу.
– Спят. Няня уложила их и ушла.
Его голос напряжен, я догадываюсь, почему.
