Уверяю, лучше заняться насущными делами. Собирайся. Не тяни время. Путь не ближний. Вполне реально опоздать на прием.
— Какой прием? — ответила бездумно.
— Знамо дело. К гинекологу.
— Что?
Взбодрилась девушка мгновенно. Словно в чан с родниковой водой ее окунули с головой и вынырнуть не позволяли.
— Твой дядя желает убедиться, что ты чистая. Без приплода. Впрочем, и мне знать необходимо.
— Я не беременна!
— В таком случае тебе нечего бояться.
Ее затрясло. Что за беспардонность? Как можно такие личные вопросы обсуждать при посторонних? Хоть Матвей и молчал, слышал-то мужчина прекрасно.
Еще и взглядом вперился, того и гляди дыру просверлит. Было неловко и стыдно. Хоть сквозь землю провались! Жаль только, Похомов этого не замечал. Или же попросту игнорировал.
— Откуда в тебе подобная уверенность? — продолжил он, будто непринужденную беседу вел. — Вы предохранялись?
— Не…нет! Ни разу.
— Тогда ты не можешь знать наверняка.
Это уже голос Верещагина разрезал пространство, точно нож кусок масла.
Сухой.
Колючий. Даже злой.
От неприятных ощущений передернула плечами в надежде скинуть с себя столь тяжелую энергетику.
— О том и речь. Ты проверишься.
— Хорошо, — пошла на компромисс. — Но в больницу не поеду. Просто в следующий раз привезите мне тест на беременность. Не хочу лишать вас спокойного сна. А потому уверяю, волноваться не о чем.
— Ты говорила, они неточны.
— Я соврала. К тому же защищала подругу. Простительно.
Казалось, спустя целую вечность Похом кивнул. А в ее душе поселились сомнения.
Из-за гормональных сбоев ее цикл всегда был нестабильным, с постоянными задержками. И довольно длительными. На этом же фоне не вызревали фолликулы, и как следствие – не наблюдалось овуляции. Врачи говорили, что в будущем на момент планирования беременности придется принимать препараты, стимулирующие рост яйцеклеток. Потому-то Лизавета и не опасалась незащищенного секса. Но теперь…
Что если… если?
Нервно сглотнув, с опаской посмотрела на Аркадия Михайловича:
— А вдруг я ошибаюсь? Что тогда?
На этот раз мужчина молчал еще дольше, заставляя кончики пальцев леденеть.
От его ответа и вовсе противная испарина выступила на лбу.
— Мы вынуждены будем принудить тебя к аборту.
Глава 3
Как на ногах оказалась, сама с трудом понимала. Да только в тот конкретный момент стало ясно – все! Это предел. Вот и подскочила Лиза, будто ужаленная. Словно кто-то за левым плечом, не переставая, нашептывал на ухо, наполняя душу клокочущей яростью. Руки тряслись.
