Книга Рус — читать онлайн бесплатно полностью

Убитых на каменном жертвеннике или сброшенных с утеса посвящали богу Тору-громовержцу, а утопленных — Ньёрду, богу моря и ветра. Когда жертва затихла, конунг выдернул копье и тряхнул его в воздухе, чтобы капли крови с наконечника полетели в сторону воинов, с радостными воплями наблюдавшими за ритуалом. Считается, что тот, на кого попадет кровь жертвы, отличится в предстоящем сражении, которое началось на следующее утро, потому что прибыли мы ближе к вечеру и остаток светового дня потратили на сколачивание мостков для пересечения рва и лестниц для преодоления частокола и приготовление ужина – варку в котлах и запекание на углях рыбы, тут же наловленной бреднями в реке.

Рыбы сейчас в Темзе даже больше, чем будет в любом виде во всех магазинах Британии в двадцать первом веке.

5

Перед рассветом пошел дождь. Поливал не шибко, но монотонно, уныло. Из-за таких вот дождей все, кто селится на острове Британия, вскоре становятся занудами, даже неунывающие латиноамериканцы. Впрочем, они пока сюда не добрались к великой радости обеих сторон.

Викинги, как и положено отважным воинам, готовы были погибнуть в бою, но мокнуть под дождем не собирались. Они попрятались кто под тентами на драккарах, кто под деревьями на берегу, не желая штурмовать Люнденвик. Рерик Священник тоже был отважным воином, поэтому никого не принуждал, отсиживался на своем корабле.

Я устроился на берегу реки под высокой елью, на нижние ветки которой наложил наломанных выше, соорудив что-то вроде навеса, почти не пропускавшего капли. Был отлив, и мимо меня быстро текла мутная вода, словно бы расстреливаемая дождем.

Мои мысли были такими же мутными и расстрельными. За время скитания по эпохам пришел к печальному выводу, что хорошо устроиться в любую эпоху может только отважный отморозок или беспринципный подонок. Сколачиваешь банду и начинаешь нагибать тех, кто слабее, трусливее, а непокорных убивать. Чем выше будет гора трупов, на которую взгромоздишься, тем чаще и красивее будут воспевать тебя. Людей, которые знают, кто такой Александр Македонский, всегда будет больше, чем тех, кто знает, кто такой Аристотель, а если и знают, то только, как учителя прославленного захватчика.

Дождь прекратился незаметно. В воздухе еще висела морось, но на речной воде, замедлившейся к тому времени из-за начавшегося прилива, уже не было отметин от капель. Викинги сразу зашевелились, повыползали из укрытий. Металлические шлемы и короткие, иногда безрукавные кольчуги были примерно у трети, у старых воинов.