Автор
Начинается ночь в тренажерном зале Брайара — место, где все концовки выглядят слишком фиксированно для тебя и Шона. Ты проверяешь смски — шестнадцать из шестнадцати. Все от него. Оставлял в спортивных барах и на тренировках, каждое сообщение убивает меньше веры в эти беседы с личным тренером Шона. Пятница закончена тем, что ты выключаешь телефон и решаешь не обращать внимания ни на что, кроме счета собственного сердца....
О господи! Мои слова похожи на выдержки из дерьмового руководства по выживанию. И зачем вообще я ей пишу?
Элли отвечает:
Спс[3] за совет.
А затем:
Правда, хватит волноваться обо мне. Я читаю на диване. Под одеялом. Уютно, как клопу в кружке.
Я: В ковре.
Она: ?
Я: Клопу в КОВРЕ. Так говорят[4].
После целых пяти минут молчания телефон в моей руке начинает звонить. Широко улыбаясь, я отвечаю на звонок.
– Почему клоп должен быть именно в ковре? – сердито спрашивает она.
Я фыркаю.
– А почему именно в кружке?
– Потому что там ему очень уютно! А если он будет в ковре, то кто-нибудь может наступить на него.
– А если он будет в кружке, кто-нибудь может выпить его.
– Мы сейчас что, пишем жалкую пародию на книгу Доктора Сьюза[5]?
Из меня так и рвется смех.
– Черт, а ведь похоже!
– Тогда моя строчка лучше.
Меня отвлекает звук барабанящего по ветровому стеклу дождя. Он усилился, а через секунду все освещение на парковке гаснет.
Я ругаюсь под нос, когда мою машину окружает темнота.
– Вот дерьмо! В «Малоун» только что отключили электричество, – говорю я Элли. – Сиди дома. И не ходи по коридорам Бристоль-Хауса, если выключат свет.
– Ты думаешь, что в общежитие проберется серийный убийца и примется охотиться на меня? – Она умолкает. – А даже если такое и случится, я смогу дать ему отпор.
Я фыркаю.
– Ага, конечно.
– Эй, я могу быть беспощадной, – настаивает Элли. – Когда мне было четырнадцать, мы с папой участвовали в довольно серьезной программе по самозащите для отцов и дочерей.
– Самозащита для отцов и дочерей? Такое разве бывает?
– Нет, но у нас было. Когда я была подростком, папа много путешествовал, так что когда он бывал дома, то придумывал весьма изобретательные способы, чтобы мы могли сблизиться. Но так как он был Мистер Мачо, то и занимались мы всякими мальчишескими делами: рыбачили, катались по бездорожью на великах или учились, как надрать друг другу зад. Ладно, я вешаю трубку.
– Погоди, – быстро говорю я, пока Элли не успела повесить трубку.
– Что?
Я смотрю на капли дождя, стекающие по ветровому стеклу, и думаю, что за чертовщина со мной творится.
Затем, облизав вдруг пересохшие губы, говорю:
– Я хочу трахнуть тебя еще раз.
Мне слышно, как у нее перехватывает дыхание.
Внутри меня все звенит от напряженного предвкушения.
