– Так чего стоишь? Бегом! – Игорь Васильевич хмурит брови.
– Так… Охранника я отпустил. Закрыть здесь всё надо. Сигнализация не работает.
– Ну, давай закрывай, – кивает он своим телохранителям на выход.
И мы все выходим в двор.
– А зачем отпустил охранника?
– Да… Девчонку надо было увезти…
Ну что ты дое*ался до меня?!
– А такси что – отменили?
– Так вышло. Срочно ей надо было. Самолёт… – придумываю я на ходу.
– Ладно. Галу пусть везут к нам в больничку. Там для неё комната давно приготовлена.
В ту больничку, из которой я тогда помогал сбежать Маре?
– Хорошо.
Сейчас всё выясню и…
– Проконтролируй, чтобы там всё без косяков было. Это мой внук. Другого у меня не будет.
– Внучка. Гала делала УЗИ. Девочка.
– Девочка? Пусть будет девочка. Это мне не важно.
Кое-как выпроваживаю его, закрываю ворота. Внутри немного отпускает. В первом бою пронесло! Достаю из кармана телефон с номером Мары. Набираю. Недоступна…
Ты бросила меня с ребёнком, шаманка??
* * *
Платная палата в больнице.
Купленный и хорошо запуганный врач, который прикрывает ситуацию с родами. Я сижу в кресле с дочкой на руках. Мы с Галой молча смотрим друг на друга. Агния умиротворённо спит.
«Мара, ты нужна нам… – закрываю я глаза. – Вмешайся в ситуацию!»
– На сегодня я открестилась, а завтра нас с Агнюшей перевезут в больничку Игоря, – отводит Гала взгляд к окну. – Он захочет экспертизу. И я ничего не смогу сделать.
– О чём вы думали с Марой, когда затеяли эту игру?
– Мара сказала, что доказывать родительство не придётся.
– А мне сказала, что в связи с преждевременной смертью Артура многое пойдёт не по плану и станет непредсказуемым. Что нам делать?
– Убрать «папу»? – шепчут беззвучно её губы.
– А дальше что, Гала? Нам с тобой власть не удержать. Бригада не Fifty-fifty, а семьдесят к тридцати. Начнётся передел. Мы в нём первыми и ляжем. Бежать?
– Это смертный приговор.
– А чужой ребёнок – не смертный?
– Есть шанс просто вылететь из игры.
– Мхм… Всё подчистят, Гала.
Игорь приказал убрать беременную мачеху того Сергея. С чего ты взяла, что он оставит тебя? Особенно после попытки обмануть?
– Наш отец ещё в силе, и наши люди занимают треть должностей в организации.
– Тогда подчистят не сразу. Но тем не менее… Остаться и надеяться на снисхождение – не выход. Нам нужна Мара. Пусть вмешается. Она не имеет морального права бросать ребенка.
– В тебе говорит обида, брат?
– Во мне говорит возмущение! Я не соглашался быть отцом.
