Я задумался, переваривая информацию.
— Хунзахские беки сильно бояться, люди стали уходить из селений. Они много воинов нет. Могут собирать, три, четыре сотня, наверное.— добавил Халид.
— Может врут про тысячи? — попробовал я смягчить впечатления.
— Нет, командир, верный люди говорили.
— Да, уж порадовали. Ладно, отдыхайте.
Андрей присутствующий при разговоре успел посчитать.
— У нас пятьсот пятьдесят наших и шесть сотен конных. Хайбулы пара сотен. Ну не такой страшный расклад. Если ещё по уму принять их… — он посмотрел на меня.
— можем и хорошего пенделя дать.
— Не можем Андрей, а должны. Мне нужно встретиться с Хайбулой.
Глава 32
Зимний дворец. Кабинет генерала Бенкендорфа.
— Здравия желаю, ваше высокопревосходительство. — генерал Дубельт стоял с озабоченным лицом. Бенкендорф внимательно посмотрев на него, кивнул.
— Здравствуйте Леонтий Васильевич, — Шеф своим обращением снимал официоз с беседы. — Вы чем-то озабоченны?
— Да, Александр Христофорович, вчера получили почту по нашим каналам.
Развёрнутый доклад Куликова и доклад полковника Иванова–Васильева.
— И, — Было видно как напрягся Бенкендорф.— начните с доклада Иванова Васильева.
— Операция началась. Хайбула открыто отошёл от непримиримых, объявил себя ханом Аварским и сел в селении Картах. Произошёл раскол межу ним и Абдулах-амином. Он объявлен предателем и клятвопреступником. Полковник уверен, что последуют карательные меры и он готовится к ним. Хайбуле выданы деньги и оружие. Его семья у Иванова, под его охраной.
Испрашивает дозволения, в случае необходимости перевезти её к себе, в подмосковное имение. Также, подтвердить признание за Хайбулой дворянского звания, после заключения с ним мирного договора. После всего, просит содействия, определить на учение его сына в кадетский корпус.
— Вы уверены, Леонтий Васильевич, что Хайбула с помощью полковника сможет устоять против фанатиков Абдулах-амина?
— Трудно сказать, Александр Христофорович, не зная полной обстановке.
Полковник Иванов, хороший тактик и стратег, разбирается в хитросплетениях местных дел. Сам факт, что ему удалось уговорить Хайбулу на такой поступок, говорит обо всём. Уверен результат будет.
— Хорошо, что по делам Куликова?
— Дела, которые он расследовал, законченны. Он особо подчеркивает, дела, которые он может проводить в пределах своей компетенции. — Дубельт немного смутился.
— А есть иные дела? — удивился Бенкендорф.
— Да, Александр Христофорович.