«Не самогоном ли бабка торгует?» — вспомнив заключение судмедэксперта, подумал Лимакин.
— Кто такая Кузнечиха? — спросил он.
Бригадир, ухмыльнувшись, кивнул в сторону большеротого здоровяка:
— Коли Санкова учительница. — И, словно меняя тему разговора, добавил. — Коль, расскажи следователю, как она учила тебя.
Санков расплылся в улыбке:
— Мировецкая была учителка! Географию преподавала. Вызывает к доске: «Итак, Николай, какой бывает в Сибири климат зимой?» — «Холодный», — отвечаю. «А летом?» — «Летом теплый». — «Садись — три».
Грузчики дружно захохотали. Бригадир опять ухмыльнулся:
— Вот математик у них в школе сильный был. В любое время суток спроси Колю: «Сколько будет ноль-пять да ноль-пять?» Не задумываясь, ответит: «Две пол-литры».
Посмеявшись с грузчиками, Лимакин попытался узнать адрес «Кузнечихи», но бригадир снова отделался шуткой. Выдавать следователю тайный «шинок» он не хотел. Пришлось повернуть разговор к Казаринову с Галактионовой. На вопрос «Как они жили между собой?» бригадир ответил без колебаний:
— Последние полгода как кошка с собакой, а раньше Юлька от Спартака млела.
— Почему так резко изменились их отношения?
— Спился мужик, ослаб.
— Кроме водки, других интересов у него не было?
— Были, как у гамадрила: «Ба-бу-бы». При виде женских ног Спартак начинал дрожать, будто строевой конь при звуке походной трубы.
— Галактионова не ревновала его?
— Юлька сама на передок слаба, — бригадир вновь попросил Санкова: — Коль, расскажи про секс-шоу с Юлией Николаевной.
— Иди ты, бугор, знаешь куда?! — внезапно оскорбился тот.
— Не стесняйся, Коля, дело житейское…
— Чо я, порнуху должен следователю гнать?
— Порнография и эротика — разные вещи.
— А слова-то одни, матерные.
— У тебя ж всеобщее среднее образование. Неужели не можешь выразить мысли без мата?.. — Бригадир с хитринкой посмотрел на Лимакина. — Пока Николаша резину тянет, я начну. Это еще до Спартака у них роман состоялся. Тогда Юленька помоложе была. Она и теперь прилично смотрится, а в то время — пальчики оближешь! Коля, понятно, не стерпел и положил на нее глаз…
— Не ври, бугор! Юлька сама строить глазки начала, — перебил бригадира Санков.
— Ну, Коля, гони дальше, гони!.."
"— А что дальше… Вижу, сама напрашивается. Для потехи притиснул на складе за ящиками, Юлька и размякла: «Ой, только не здесь… Приходи домой вечером. Музыку послушаем, коньяку с кофе попьем». Думаю, во лафа подворачивается — на дармовщину хапнуть! «Заметано, — говорю. — Чуть стемнеет — жди».
