Она кишела черными жуками, которые деловито пожирали плоть. Д’Агоста даже слышал, как работают их челюсти. Выругавшись вполголоса, он отошел назад. Его завтрак опасно зашевелился в желудке.
– Жуки-кожееды, – пояснил Сандовал. – Хищники. Так мы отделяем мясо от костей у малых экземпляров. Остается хорошо сочлененный скелет.
– Сочлененный? – сдавленным голосом переспросил д’Агоста."
"– Понимаете, при использовании других методов приходится скреплять суставы, устанавливать их на металлические рамки для экспонирования или обследования.
Жуки были на попечении Марсалы, он проверял поступающие экземпляры. Он и обезжиривание проводил.
Д’Агоста не стал спрашивать, но Сандовал все равно объяснил:
– Когда от экспоната остаются одни кости, их погружают в бензол. Выдерживание в бензоле придает им белый цвет, растворяет липиды, устраняет запах.
Они вернулись в коридор.
– Вот это и были его основные обязанности, – сказал Сандовал. – Но, как я вам уже сказал, Марсала был настоящим волшебником в том, что касается воссоздания скелетов.
Поэтому его часто просили восстановить сочленения.
– Понятно.
– Да и кабинет Марсалы находился в восстановительной лаборатории.
– Пожалуйста, проводите меня туда.
Сандовал снова высморкался и пошел по коридору, казавшемуся бесконечным.
– Здесь некоторые коллекции остеологического отдела, – сказал он, показывая на двери. – Коллекции костей, организованные по таксономическому[4] принципу. А здесь – антропологические коллекции.
– И что они собой представляют?
– Захоронения, мумии и «приготовленные скелеты» – мертвые тела, собранные антропологами, нередко на полях боев во время Индейских войн, и привезенные в музей.
Этакое утраченное искусство. В последние годы мы были вынуждены вернуть многие из них заинтересованным племенам.
Д’Агоста заглянул в открытую дверь. Он увидел там многочисленные ряды шкафов с рифлеными стеклами, в которых имелось бессчетное множество выдвижных полок, каждая с биркой.
Пройдя еще с десяток таких хранилищ, Сандовал зашел в лабораторию, уставленную верстаками и рабочими столами со сланцевыми столешницами.
Запах здесь был слабее. На верстаках стояли на металлических рамах скелеты различных животных в разной степени готовности. Несколько столов были задвинуты к дальней стене, на них стояли компьютеры, лежали разнообразные инструменты.
– Вот это стол Марсалы, – показал Сандовал.
– У него была подружка? – спросил д’Агоста.
– Мне об этом не известно.
