Вовка, успевший к тому времени благополучно съесть приготовленные мною бутерброды, ехидно поинтересовался:
– Ну, чего? Успокоилась?
И тут я просто слетела с катушек.
– Нет, какое безобразие! Помог, называется! Теперь мне придется сушить собачью одежду, менять белье на кровати, мыть полы, ванну и покупать себе новый крем! Ты разбил банку!"
"Костин побагровел, отодвинул пустую тарелку, встал и заявил:
– Неудивительно, что тебе никто помогать не хочет. Вот сегодня я решил облегчить вашу жизнь, мадам, и получил скандал.
У меня пропал дар речи. Майор спокойно ушел, я плюхнулась на стул. Ну и ну. Он всерьез говорил о помощи? В груди начала подниматься темная волна гнева, я схватила мобильный, вот сейчас выскажу Костину все, что про него думаю!
Но не успела я набрать его номер, как сотовый зазвонил сам.
– Алло, – прошипела я, ожидая услышать извинения Вовки.
Но в ухо вонзился визгливый дискант:
– Екатерину Андреевну Романову позовите, пожалуйста.
– Она на работе.
Кто говорит?
– А это из школы, Кирилл…
– Что случилось? – испугалась я.
– Так, ну, того, в общем…
– Скажите нормально, что произошло?
– Не орите, – пошла в атаку тетка, – мы тут ни при чем, покупаете детям всякую дрянь иностранную, потом удивляетесь и на нашу столовую валите…
– Господи, да что стряслось?
– Ну… траванулся он, лежит у медсестры в кабинете, но мы ни при чем…
Не дослушав, я схватила с вешалки куртку и ринулась вниз.
Бедному Кирюшке катастрофически не везет со школой.
Сначала он ходил в жуткое учебное заведение, по недоразумению носящее название «гуманитарный лицей». Педагоги там подобрались пакостные, директриса была откровенной сволочью, завуч походил на надзирателя в концлагере. Поэтому мы перевели мальчика в другую, самую обычную школу. Но не успела я вздохнуть с облегчением, как случилось новое несчастье. Дело в том, что здание учебного заведения, куда теперь с радостью бегал Кирюша, расположено в самом центре Москвы, вблизи станции метро.
Парадный вход школы выходил на тихую улочку, а через пару метров, минуя проходной двор, вы оказывались на Тверской.
Одним словом, этот дом приглянулся некоей богатой и чиновной особе, захотевшей разместить в нем штаб-квартиру своей партии. Началась нешуточная борьба, директриса сражалась, аки лев, родители бегали по разным инстанциям и пачками писали письма мэру. Но депутат закусил удила и не отступался.
