Конечно, хотелось, чтобы Женя вернулся и признал ошибку, но… Хотелось ли ей быть с ним в беде и в радости и умереть в один день? Сомнения, густым туманом колыхавшиеся при попытке осмыслить собственную позицию, смущали.
– А то! – воскликнула Наташка. – Мужик столько времени неприсмотренный шляется: ни постирать, ни сготовить некому! Ему без бабы на хозяйстве никак!
Галя была почему-то благодарна Наташке за такую характеристику Жениных планов. Ей очень хотелось, чтобы кто-нибудь отговорил ее от дальнейших попыток общаться с бывшим мужем.
В тот вечер она легла с очередным твердым намерением освободиться от гнетущего ожидания и зависимости от Жениных звонков.
А утром во время урока Галя по привычке осторожно выглянула в окно, надеясь, что он стоит где-нибудь недалеко и ждет ее. И поняла, что одиночество подвержено глупым поступкам, как ослабленный организм простуде.
У доски маялся и крошил мел непроходимый троечник Боровой. На его круглом личике была написана такая мука, что Галя со своими мелкими проблемами казалась чем-то второстепенным.
– Ты учил? – сердито спросила Галина, но сердиться не хотелось. Было обидно, жаль себя и хотелось плакать.
Боровой молчал, как пионер-герой, плотно сжав губы и исподлобья глядя мимо настырной училки.
– Ладно, – злобно прокомментировала его бойкот Галя. – Завтра родителей в школу. Хоть утром, хоть после уроков.
Мальчишка наклонил лобастую голову и выскочил из класса. Галя растерянно посмотрела ему вслед.
– Так… Костя… догони и верни его, пожалуйста.
"
"Ей стало стыдно. Срывать зло на детях – последнее дело. Но их хоть папа с мамой дома пожалеют, а ее жалеет только Наташка в свободное от личной жизни время.
Мужчины непредсказуемы. Их высокомерные заявления о женской логике рассыпаются на фоне собственных поступков. Не особо копаясь в своих чувствах, Федор проснулся однажды с ощущением, что Валентина должна уйти. Ее было жаль выбрасывать из жизни, как еще не отслуживший свой срок черно-белый телевизор, но глупо наблюдать экранные страсти в блеклой гамме, когда народ давно перешел на цветные кинескопы.
Рано или поздно женщины приедались ветреному Федору. С этим он ничего не мог сделать. Они должны быть свежими, новыми, как только что срезанные цветы, которые со временем вяли. Хранить гербарий Федя не планировал. Это вовсе не значило, что всякий раз он переходил все к более юным дамам. Нет, Федя был эстетом в любовных отношениях и гурманом эмоций. Возраст подруги был неважен, важна была свежесть чувств.
