Жакет уже на полу, блузка расстегнута. Грудь у Джемы немаленькая, но с силиконовой подкачкой, поэтому в бюстгальтере не нуждалась…
– Да. И разберись со мной как следует…
И губы она подправила, чуть увеличив их; может, потому на вкус они не очень приятные.
Но в этот момент зазвонил телефон. Она глянула на дисплей, раздосадованно повела бровью, но в голосе зазвучала радость.
– Да, дорогой!.. Да, я уже дома. Жду тебя… Жду!
Она сложила трубку и потянулась за юбкой.
– Гена едет. Минут через пять будет…"
"– Ничего, я с тобой в следующий раз разберусь, – не очень расстроился Семен.
– Послезавтра пораньше приеду, ты уж постарайся… – улыбнулась Джема. – Видишь, какой у меня муж дисциплинированный, всегда звонит.
– Боится жену с любовником застать… – усмехнулся Сэм. – Как будто это возможно. Извращенное сознание у твоего мужа.
– И не говори! – приняла его игру Джема.
– О нас так не скажешь…
– Что верно, то верно!
– Что ж, раз твой муж такой извращенец, то я, как исключительно порядочный мужчина, должен уйти.
– А я, как исключительно порядочная женщина, должна тебя отпустить.
Едва ли Семен ревновал Джему к ее мужу, но с Пуховым встречаться не хотел. Поэтому он дождался, когда Гена подъедет к подъезду, и уже тогда покинул квартиру. Вниз он спустился по лестнице, в то время как Пухов поднимался в лифте.
Обычно Сем приезжал сюда на машине и с телохранителями. Но сегодня у него выходной, и, прежде чем отправиться к Джеме, он позволил себе пешую прогулку по Москве.
Район Чистых прудов – идеальное место для таких путешествий. И спокойно здесь, и красиво, и дышится легко. К тому же у него квартира в этом районе.
По пути Семен заглянул в ресторан выпить чашечку кофе перед тренировкой, там и приметил прелестную официантку, с которой можно было бы закрутить. Чувств к ней особых не ожидается, до свадьбы дело точно не дойдет, но ведь она внакладе не останется. Семен ведь и машину мог подарить, и даже квартиру, если девушка того будет стоить…
Но уже в квартире у Джемы он забыл про официантку.
И если бы Пухов не помешал ему закончить начатое, он бы прошел мимо ресторана. Но накрученное интимной сценой желание требовало выхода. И ноги понесли его к ресторану.
Семен уже был на крыльце, когда из дверей вышел бритоголовый детина с перебитым носом и борцовской шеей. Глаза злые, губы искривлены в свирепом оскале. Что-то не понравилось ему в ресторане, отсюда и такие эмоции.
