Эх, жаль, не уговорилась вчера с Володей, он подвез бы меня до города. Правда, тогда бы пришлось встать ни свет ни заря…
Пока в голове крутились эти мысли, я искала сумочку. Но ни на веранде, ни в спальне, ни в гостиной, ни в детских комнатах, вообще нигде ее не было.
Я страшно расстроилась. Неужели потеряла вчера по дороге, когда бежала с пакетами через лес? Ужасно обидно. Во-первых, там лежит мой заработок, во-вторых, косметика, правда, не слишком дорогая, и еще записная книжка. А вот это уже настоящая трагедия. Если деньги, хотя их и жаль, можно заработать, то книжечка с адресами и телефонами практически невосстановима.
Но надо же быть такой дурой!
Ругая себя на все корки, я продолжала тыкаться по углам, но сумочка просто испарилась. Может, повесить на магазине объявление? Вдруг вернут книжку?
Внезапно зазвонил телефон. Я сняла трубку и услышала незнакомый голос:
– Алло, позовите Романову.
– Слушаю.
– Вы Е. А. Романова?
– Да, а в чем дело? – удивилась я.
– Вчера вы играли на поминках Славина Вячеслава Сергеевича?
Я вздохнула.
Так, значит, Димка, решив ехать отдыхать, дал мой номер новому клиенту.
– Играла, только, извините, у нас отпуск, временно не берем работу.
– Вас беспокоит Ребекка Славина.
– Кто?
Голос продолжал:
– Вы оставили у нас сумочку с деньгами.
– Ой, а телефонная книжка?
– Здесь.
– Сейчас прибегу.
– Куда? – удивилась Ребекка.
– К вам.
– Но мы живем в Алябьеве, под Москвой.
– Я помню, только у меня дача тоже в Алябьеве, на Фруктовой улице.
– Да? – удивилась Ребекка.
– Тогда жду.
Я быстренько нацепила сарафан и полетела через лес. Было очень душно, словно собиралась гроза, но на небе не было видно ни облачка.
Ворота дома Славина щетинились домофоном.
– Кто там? – донеслось из динамика.
Подавив желание ответить: «Почтальон Печкин», я сказала:
– Можно Ребекку? Это Е. А. Романова.
Раздался тихий щелчок. Я вошла во двор и невольно вздохнула. Территория выглядела безукоризненно, ничто не напоминало о том, что вчера вечером ее посетило безумное количество людей.
Трава радовала глаз зеленью, и нигде не валялись бумажки или пробки от бутылок. Очевидно, садовник трудился с раннего утра.
Ребекка крикнула, высунувшись в окно:
– Идите на террасу!
Я послушно поднялась по ступенькам и оказалась в большом прямоугольном помещении со стеклянными стенами. Легкие светло-розовые занавески без движения свисали по углам. В середине стояли огромный стол, накрытый кружевной скатертью, и штук двенадцать стульев с высокими спинками.
