Вот я и подумала: Евлампия разузнает, что к чему, а я отберу у нее вещественные доказательства, уничтожу…
– Глупее и придумать нельзя, – фыркнул Володя, – вы сладкая парочка, одна другой краше.
– Господи, – простонала Ребекка, – и что теперь будет?
– Если вы имеете в виду того, кто орудовал кинжалом, то ничего, – спокойно ответил Костин, – его даже к ответственности не привлекут.
– Как? – закричали мы с Бекки.
– Юристы называют такой казус нападением на негодный объект, – пояснил Володя, – человек втыкал лезвие в труп.
Экспертиза засвидетельствовала: ножевые ранения были оставлены примерно спустя час после смерти. А за это время академик Славин превратился в негодный объект. Так что даже суда не будет, привлекать не за что, действие не повлекло смерти.
– Но, – забормотала я, – ведь человек явно хотел убить…
– Не убил же, – хладнокровно возразил Костин, – хотя мне кажется, что убийство, совершенное в мыслях, не менее опасно, чем совершенное на самом деле. Людям даже в голову не должны приходить подобные идеи.
И законодательство в этом случае несовершенно, но, как говорили римляне: Dura lex, sed les [2], хотя в данной ситуации закон, наоборот, проявляет чрезвычайную мягкость. Кстати, Бекки, сколько вы обещали Лампе?
– Это наше дело, – нахмурилась Ребекка и вытащила из сумки пухлый конверт, – возьми. Здесь все.
Я отшатнулась.
– Нет.
– Бери. Бери.
– Нет, не возьму, я помогаю друзьям бесплатно. Сначала я и впрямь хотела заработать, но потом… Извини, я считаю тебя своей подругой и не могу принять эту сумму.
– Прости, – ответила Бекки и положила конверт на стол, – прости, я не хотела тебя обидеть.
Потом она посмотрела на Володю:
– Что мне теперь делать, домой возвращаться я не могу, понимаю, что убийство задумывалось якобы ради нашего блага, но…
– Погодите, – влезла я, – может, вы назовете, наконец, имя?
– А ты не догадалась еще? – удивился Володя. – Нора!
– Кто?!
– Нора, – тихо подтвердила Бекки, – Нора, моя мама.
– Но почему?
– В двух словах не ответить, – задумчиво сказал Костин, – но попытаюсь объяснить."
"Нора прожила с Вячеславом Сергеевичем одиннадцать лет, последние годы муж терпел ее только ради детей; он понимал, что супруге, не имеющей ни образования, ни работы, никогда не поднять одной четверых. Но в конце концов семейная жизнь стала невыносимой. Славин в конце 1978 года начал встречаться с Женей и развелся с Норой.
