Каждый из них натворил немало бед, и я опасаюсь, что это может произойти снова. Это звучит ужасно, но мне кажется, что лучше бы Магдалена довела начатое до конца!
– Как вы можете? – возмутилась Таисия.
– Это избавило бы нас от многих проблем в будущем, – сказала глава «Белого Ковена». – Но раз уж ведьма погибла, пусть все идет своим чередом. С этого момента, Гордей, ты будешь неотступно следить за мальчишкой и докладывать нам обо всем. При первых признаках того, что он начал меняться в худшую сторону, ты сообщишь об этом лично мне.
И мы примем решительные меры.
– Надеюсь, что все обойдется, – нахмурился Гордей. – Никита Легостаев славный парень. Добрый, смелый, смышленый. Будет несправедливо, если он станет всего лишь оболочкой для мертвого колдуна.
– В этом мире вообще мало справедливости, – вздохнула Петиция. – Поэтому держите меня в курсе событий.
На этом совещание в кабинете главы «Белого Ковена» подошло к концу.
Глава тридцать седьмая
Еще один день рождения
Семнадцатого ноября Никите исполнилось шестнадцать лет.
Родители подарили ему обещанный компьютер, о котором он так долго мечтал, и новый скейтборд. И то и другое привело его в дикий восторг. Правда, скейт пришлось отложить до следующего лета, ведь дожди практически не прекращались, а синоптики уже обещали снег.
Компьютер же Никита очень быстро установил в своей комнате и первым делом протянул к себе выделенную линию и подключился к Интернету. Проверил электронную почту. От Ольги Ожеговой по-прежнему ничего не было.
Вечеринку в честь дня рождения решили назначить на двадцатое число.
Этот день приходился как раз на выходные. Никита пригласил всех, кто присутствовал на памятном празднике в доме Ирины Клепцовой. Их компания становилась все сплоченнее с каждым днем. А за день до намеченной даты в гости вдруг нагрянул дедушка Николай Павлович, отец Игоря Николаевича, живущий в другом городе. Дед приехал без предупреждения, свалился как снег на голову.
Никита открыл дверь да так и остолбенел на пороге квартиры.
– Дед?! – обрадованно закричал он.
– Здорово, Никитос! – засмеялся Николай Павлович. – Вымахал как! Скоро в потолок головой упрешься!
Он шустро шмыгнул в прихожую, сгреб Никиту в охапку и так обнял, что у именинника кости затрещали. Дед Николай всю жизнь занимался классической борьбой, и хватка у него была медвежья.
– Ох, моя селезенка, – придушенно выдохнул Никита. – Надолго к нам?
Дедушка наконец поставил его на пол, и Никита с облегчением вдохнул полной грудью.
