Сантино ждал на крыльце, пока Тафт и Энцо сидели в двух машинах.
Сэмюэль и Инес исчезли.
София была прижата к Пьетро, и мое сердце разрывалось, когда они с Анной крепко обнялись, будто это было последнее прощание. Нет, этого просто не могло быть.
Я взяла Данте за руку, желая показать ему свою поддержку. Он слегка сжал мою руку.
— Надеюсь, ты скоро поймешь мое решение.
Пьетро еще крепче прижал Софию к себе.
— Я понимаю, Данте. Ты защищал своих собственных детей и в свою очередь отдал одну из наших.
Это уже не в первый раз.
Я не совсем поняла, что он имел в виду.
Мы вышли, и Пьетро закрыл за собой дверь.
Я взяла Анну свободной рукой, а Данте сжал руку Леонаса, и мы вместе направились к нашей машине.
Я не оглядывалась назад, не желая, чтобы это было похоже на настоящее прощание.
Мы ехали некоторое время, прежде чем Леонас заговорил с заднего сиденья, выглядя смущенным.
— Почему ты позволил дяде Пьетро выгнать тебя? Это и твой город тоже.
Данте кивнул, не отрывая взгляда от дороги.
Он выглядел измученным. Как долго он не спал?
— Да, но это дом Пьетро, это его семья, и даже как Капо я должен уважать это, особенно как часть их семьи. Им нужно время, чтобы погоревать.
— Но ведь Фина не умерла, — прошептала Анна.
— Нет, не умерла, — сказал Данте. — Но для нас она потеряна.
Анна прикусила губу, глядя в окно.
— София говорила, что Фина влюблена в
Римо и хочет растить близнецов вместе с ним.
— Это не любовь, — сказал Данте.
Разве нет? Возможно, извращенная любовь, но любовь часто приходит с болью и самопожертвованием.
Я не знала, что чувствовала Фина, не говоря уже о том, что происходило с Римо Фальконе, но в любом случае я не разделяла уверенности Данте.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что Серафина сейчас сама не своя. Если бы она была в порядке, она не предала бы свою семью, свое воспитание, просто все ради такого человека, как Римо Фальконе.
Я дотронулась до его бедра. Глаза Анны были широко раскрыты и ничего не понимали.
Это было непросто. Мне не хотелось расстраивать ее еще больше.
Данте прочистил горло, и его лицо разгладилось.
— Увижу ли я Софию снова? — тихо спросила Анна.
Я с улыбкой повернулась на своем сиденье.
— Конечно.
Данте ничего не ответил.
***
Мы все еще пребывали в состоянии шока, когда Серафина покинула нас вместе с Римо. Более сильный, более затяжной паралич, чем после ее похищения, потому что он казался более постоянным.
