Никогда еще я не была за границей. Даже в бывших советских республиках. И моего слабенького английского было явно мало для того, чтобы чувствовать себя уверенно в чужой стране. Вся надежда была на мою небольшую группу, в которой состояли, судя по всему, опытные туристы. Они спокойно, сгруппировавшись вокруг сопровождающей, получили багаж, погрузились в микроавтобус. Я пыталась не нервничать.
В небольшой гостинице, находившейся почти в центре города нам дали время немного отдохнуть – всего час. Потом по плану были экскурсии.
Это должно было занять весь день до вечера. Я решила действовать сразу и спустилась к дежурной. Показав фотографию Антонио в журнале, спросила: - Маэстро Антонио?
И неожиданно женщина, сидящая за стойкой, подхватилась, заулыбалась и, сбегав за угол, стала вытаскивать из принесенной сумки большой проспект, очевидно - с его картинами, листая его передо мной. Я потопталась немного - впутывать в свои дела нашу сопровождающую мне не хотелось категорически, а нужен был переводчик.
Потом меня осенило. Ну и пусть я буду выглядеть полной дурой, попробовать стоит."
"Немного отошла, оглянулась – в маленьком вестибюле было пусто. Я картинно обвела себя рукой и ляпнула: - Ай эм муза Маэстро. Ай эм раша. Мне бы его телефон, – и жестом показала, как звоню по телефону.
Женщина озадаченно изучала меня, потом пожала плечами и задумалась. Порылась в телефонном справочнике, толстом и немного потрепанном и, опять пожав плечами, показала мне номер, сказав: - Вилла Маэстро.
- Окей! – радостно выдала я и опять жестами попросила ее набрать номер. Кто там их знает, через что здесь нужно звонить на частный телефон? Когда незнакомый мужской голос ответил, я выдала все, на что была сейчас способна: - Муза маэстро Антонио – Арианна. Отель «Домус Алберти». Жду…
И положила трубку. Женщина с интересом смотрела на меня. Я вытерла лоб дрожащей рукой. Она налила мне воды в стакан. Я послушно выпила. Похоже, что полицию или скорую вызывать она не собиралась.
Я приложила руку к сердцу, показала ей брелок с номером моей комнаты и с чувством глубокого удовлетворения покинула вестибюль, пока кто-нибудь там не появился, особенно наши.
Принять душ было необходимо - я взмокла от волнения, как мышь. Высушила волосы феном, что-то еще сделала и вдруг поняла, что эта эмоциональная встряска выдернула меня из состояния апатии и опустошенности. Я жила, опять жила. Да! Я, скорее всего, дико опозорилась.
