Мелькающие тени и полумрак в экипаже не позволяли ей разглядеть выражение их лиц. В конце концов, она не выдержала и жалобно спросила Джорджину:
– Я не понимаю, мадам… почему вы с Клэрис приехали сюда? Я знаю, что Энтони считал нужным меня спасти, возможно, он даже рассматривал это как некий моральный долг. И то, что мистер Столбридж ему помог, это говорит о его добром сердце, и я так благодарна… Но вы и Клэрис, зачем вы приехали и рисковали быть увиденными рядом с «Феникс-Хаусом»?
Джорджина ласково похлопала ее по руке.
– Мы с Клэрис просто не могли оставаться дома, пока наши мужчины спасали будущую жену Энтони. В нашей семье принято сплачиваться перед лицом трудностей.
«Будущая жена»? Пораженная услышанным, Луиза смотрела на безмятежно улыбавшуюся ей женщину.
– Боюсь, тут какое-то ужасное недоразумение, – пробормотала она, наконец.
– Не думаю, – жизнерадостно отозвалась Клэрис, – По-моему, все, наконец, стало ясно. И сейчас мы все поедем домой и подождем Энтони, сидя у камина. И каждый получит по стаканчику бренди.
Глава 48"
"Дверь в конце коридора была закрыта. Собственно, это оказалась чуть ли не единственная закрытая дверь в «Феникс-Хаусе». Все остальные двери были нараспашку, потому что и клиенты, и персонал бежали сломя голову, не обращая внимания на такие мелочи. Столбридж остановился, озадаченный. Сначала он намеревался подняться прямо на верхний этаж, где располагались личные апартаменты мадам Феникс, но его внимание привлекла закрытая дверь. Он встал поближе к стене, достал револьвер и осторожно повернул ручку.
Дверь оказалась не заперта. Он толкнул створку, оставаясь вне линии огня, просто на всякий случай. Но стрельбы не последовало. Вместо грохота пистолетного выстрела Столбридж уловил шуршание ткани и сдавленное мычание.
Он заглянул в комнату. Стены ее были обтянуты черной тканью. В углу стоял застекленный шкафчик, содержащий целый набор хлыстов и других интересных предметов.
На кровати, застеленной черным шелком, лежал лицом вниз Элвин Гастингс.
Его руки и нога были привязаны к прикроватным столбикам, в рот вставлен кляп. При виде Энтони на лице его мелькнул испуг, а затем, когда Гастингс понял, кто перед ним, огромное облегчение, и он снова замычал.
Столбридж подошел к кровати и вынул кляп.
– Черт побери, Столбридж, не узнал вас в этой одежде. – Гастингс судорожно облизывал пересохшие губы. – Какого черта вы так вырядились? Впрочем, не важно. Я думал, она возвращается, чтобы убить меня. Развяжите.
