Лижет языками пламени, сводит с ума так же, как сводит низ живота, пока член с каждым ударом пытается достать до матки. Пальцы покалывает.
А изо рта рвется уже не крик.
Я не сразу осознаю, что Тамерлан сменил позицию, завалив меня на бок. Он высоко задирает мою ногу, что дается мне легко благодаря растяжке и вонзается со звериным шипением.
Дерет безжалостно. Кусает за плечо и каждым ударом бедер выбивает из меня больные стоны.
Ещё. Ещё. Бесконечно. Так долго, что чувствую себя тряпичной куклой, пытаюсь предугадать, когда он устанет, и я смогу прижаться к любимому телу.
Но это еще не конец. Он выходит с пошлым звуком, стягивает один презерватив, переворачивает меня на спину, надевает второй, а я думаю, как же он выдержал и не порвался.
Но, кажется это последняя мысль, что мелькает в голове, потому что Тамерлан, заводит мои ноги мне же за голову, вынуждая принять самую порочную позу и заглядывая мне в глаза проникает членом снова. Сразу и до конца.
— Охуеть, как узенько, — рычит он и продолжает вколачиваться, совершенно не думая о том, что у меня там все абсолютно сухо.
Тело ужасно ноет, в груди все сжимается, и только слёзы продолжают ласкать лицо. Не Тамерлан. Он весь в процессе и его мало волнует, чего хочу я. Не спрашивает, как может понравиться мне, не желает доставить удовольствие.
Но это первый раз. Даже Ленка говорит, что в первый раз только боль.
А это значит, Тамерлан меня испытывает, да? Проверяет на прочность. И лишь эти мысли не дают мне отключиться, держусь до последнего.
Не сдаюсь под напором его каменного члена, что неустанно вбивается во влагалище. И лишь капли крови, помогают сделать трение не столь болезненным.
А минуты всю идут. Или часы? Я сама не понимаю, как оказываюсь на полу на четвереньках, а волосы в его руках, натянуты до предела.
— Блядь рыжая, — орет он, ускоряясь, а я ощущаю, что боли больше нет и то, что мои силы заканчиваются.
Толчки усиливаются, член все глубже и набирает обороты. Дикие. Жесткие. Как и его руки, что стали грубее сжимать задницу, тянуть волосы.
Пока не начинает рычать, дрожать и вонзаться, раз за разом выкрикивая то, что приносит осознание, что все так как должно быть.
Я и мой мужчина, кончающий с моим именем на устах.
— Алла, дрянь малолетняя…
Он выходит резко, бросает меня на полу и идет к столику, пока меня потряхивает, а влагалище пульсирует…
Шаткой походкой добирается до цели и вновь прилипает к бутылке."
"Внутри ощущаю пустоту.
