Это моя знакомая с моим знакомым псом. Ты ему сто лет не нужна, твой сын – тем более, собака застрахована на миллион долларов. Пришли они к Нине Георгиевне. Я ухожу спать, но если услышу, что ты опять что-то затеваешь, прибью тебя твоей шваброй. Мне кажется, что после этого убийства в нашей квартире прекратятся. Следователи имеют право на свою точку зрения, – последнюю фразу она сказала уже Насте.
– Да… – согласилась та. – Круто здесь у вас. Я даже не рассчитывала на такой экстрим. Лара, ты проводи нас, пожалуйста, в комнату Нины Георгиевны, а сама ложись спать.
Нервы у тебя ни к черту. А Сергей говорил, что ты очень спокойный, уравновешенный человек. Но с такими делами, конечно…
– Как она умеет быстро линять, эта Зинка, – вдруг улыбнулась Лара. – Только что была – и нет ее. Все время удивляюсь этой способности. При таких габаритах. Дошло до нее про швабру-то.
– Да. Насчет миллиона долларов тоже неплохо. Ты ее в чем-то подозреваешь?
– Смеешься? Во всем! Она мужа убила когда-то. Фактически. Он пьяный тонул в ванне, а они с Валентиной ждали и не помогли.
Нину Георгиевну заперли. Убийца тут спокойно живет. Ладно. Пошли, я провожу тебя к Нине и валюсь. Как-то легче стало после победы над Зинкой.
Лара постучала в дверь Нины Георгиевны.
– Нина, к тебе гости. Это жена моего частного детектива, она с собакой. Ты не боишься собак? Любишь? Отлично. Не пугайся, перестань постоянно хвататься за сердце. Новость у Насти хорошая. Я пошла спать.
Нина Георгиевна впустила гостей. Погладила по голове Мая, похвалила, спросила, как зовут.
Затем минуту постояла в волнении, напряженная, худенькая, в опрятном черном платье с белым воротником, с гладко стянутыми сзади серебряными волосами.
– У меня есть только теплая сарделька и заваренный пять минут назад чай. И конфеты. Я предлагаю дать Маю сардельку, а нам, Настенька, попить чаю с конфетами.
– Май сыт, – раздосадованно сказала Настя. – Как же я не сообразила заехать в магазин и купить чего-то к чаю. И вообще. Вы съешьте, пожалуйста, свою сардельку.
И чаю попьем.
– Нет, – решительно возразила Нина Георгиевна. – Мне неудобно. У меня есть еда. Просто нужно готовить, а я не хочу. И есть не хочу. Лара сказала про какую-то новость, а у нас ужасные новости постоянно…
– У меня ничего плохого, наоборот. Я бы сама пошла за чаем, но мы не понравились вашим соседям.
– Я сейчас.
Май проглотил сардельку и любовно посмотрел на Нину Георгиевну. «А где еще?»
– Больше нет, – сказала ему Настя. – Полежи рядом со мной.
