Впрочем, я по своей привычке все эти речи не слушал, предпочитая больше наблюдать за гостями и перебрасываться фразами со своими бесами, которые сегодня рыскали по залу, занимаясь мелким шпионажем.
Когда приветственные слова завершились, оркестр плавно сменил мелодию. Открывая представление, на сцену вышел танцевальный ансамбль. Мягкие движения, пышные юбки, развевающиеся в такт музыке, создавали притягивающее взгляды зрелище.
— Тебе нравится? Мне да, — негромко произнесла Виктория, чуть качнув головой в такт вальсу.
— Очень, — согласился я.
В этот момент я заметил знакомую фигуру. Княжич Андрей Якушев направлялся к нам. Когда-то мы не были так близко знакомы, но последние события, помощь друг другу и общие дела нас действительно сблизили.
Он подошёл и, улыбнувшись, протянул мне руку.
— Алексей, — произнёс он тепло, — рад видеть тебя. Надеялся, что ты придёшь.
— Взаимно, Андрей, — ответил я, пожав его руку. Он галантно улыбнулся Виктории и на мгновение задержал на ней взгляд.
Следом мы с Андреем на пару шагов отошли от Максима и Вики, оставив их одних, чтобы переговорить без лишних ушей.
— Мы полностью готовы, — тихо произнёс княжич, быстро посмотрев мне в глаза.
— Отлично, — кивнул я, удовлетворённый ответом."
"Окинув меня взглядом, Андрей едва заметно улыбнулся, снова взглянул на Викторию, после чего развернулся и последовал в своём направлении. Я проследил, как он растворяется в толпе, а затем вернулся к сестре и Максиму.
На сцене представление заканчивалось. Офицеры оркестра сменили музыку, и теперь звучала мелодия, напоминающая звуки далёкого праздника.
В этот момент на подиум поднялся император, и все голоса тут же смолкли — гости ждали его речи.
Владимир Анатольевич выступил с поздравлениями, упомянул достижения уходящего года, а также отметил, что будущий год обещает нам трудности и новые вызовы. Монарх призвал к единству, стойкости, к тому, чтобы каждый внёс свой вклад в благополучие Империи. Его речь была выверена, будто точный удар мастера по наковальне — ни лишних слов, ни пустых обещаний.
Когда Романов-старший наконец закончил, вновь зазвучала музыка, но уже другая, с более лирическими нотами. На сцену вышла певица и тут же привлекла внимание всего зала своим чистым и сильным голосом.
Я даже на десяток секунд завис, устремив всё внимание к сцене, пока не почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Повернувшись, увидел Светлицких — их лица были искусственно улыбающимися, но в глазах читалась едва сдерживаемая злоба.
