Автор
Мила была рада, хоть одна из них вырвалась из этого адского царства. Белке это чувство было незнакомо, но она тоже искала маленького просвета в своем горьком существовании. Ей хотелось убежать и чем-то заняться, но без денег и связей пути назад казались необратимыми — особенно когда речь зашла о ее ребенке, привязавшем его к этому чудовищу....
Похоже, «Ты будешь моей» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Этот ублюдок в тот день нанес ее глубокие невидимые человеческому глазу раны, которые непросто будет залечить.
Несколько раз звонили родители Милы, но трубку она не брала. Людмила общалась только с Беллой, та тоже заметила, что с невесткой творится что-то неладное. Белка беспокоилась и звонила мне, успокоить ее ничем не мог.
Мы с Марком успели сдружиться. Пришлось сбрить бороду и волосы, чтобы он их не дергал, а то тянет все в рот, не успеваешь отнять. Мила собиралась гулять с малышом, я решил к ним присоединиться. Апатия не мешала ей быть хорошей мамой.
Мила катила коляску, я шел рядом. Впереди блеснули фары машины, мы сошли на обочину.
— Это родители, — равнодушно произнесла Мила, узнав, скорее всего автомобиль и номер. — Как они узнали, где меня искать?
Глава 17
Мила
Я словно умерла внутри. Сломалась. Не выдержала. Душа покинула тело, осталась оболочка. Мне кажется, я продолжала существовать только для того, чтобы мой сын не остался один. Я обнимала Марка, прижимала к себе… Любила. Но пустота внутри меня не становилась меньше.
Выходить из дома я не хотела, но Марку нужны были прогулки на свежем воздухе. Поэтому я каждый раз заставляла себя вставать, одеваться и идти с ребенком на улицу. Увидев автомобиль родителей, я никак не отреагировала. Что-то шевельнулось в душе… неприятное. Я закрылась. Так было легче. Мне не хотелось их видеть, слышать. Я не желала с ними общаться.
Машина остановилась возле нас. Первой из салона вышла мама.
— Людочка, здравствуй, родная. Мы приехали за тобой. — она подошла ко мне, обняла. Захотелось отступить. Мне было неприятное, что меня касаются ее руки. Я заметила, что мама бросила недовольный взгляд на Емельянова. Знала бы родительница, как ему плевать на ее мнение. — Люда, давай я погуляю с Марком, а ты иди, собирай вещи. — продолжила мама.
Я не хотела оставлять с ними Марка. Я никому не доверю сына. Только Белле.
— Я с вами не поеду, — заявила им, развернула одной рукой коляску, другая все еще оставалась в гипсе, и покатила ее в сторону дома.
— Это что за заявление? — раздался сзади грозный голос отца. Внутри меня все оборвалось. Если я сейчас же не извинюсь, он ударит меня. Тело покрылось холодным потом, сердце бешено застучало в груди.
