– Подожди! – взвизгнула я. – Стой!
Но монарх уже взял разгон и, невзирая на всю мою спешку, ворвался в комнату первым. Я очутилась за его широкой спиной, и пришлось подпрыгнуть, чтобы рассмотреть.
Картина была невинной – посреди застеленной кровати сидели Жрец с Фиалкой и таращились в обожаемый ими гаджет.
– О-о-о… – снова донеслось из динамиков телефона.
Чёрт. Засада.
– Ну-ка, дай-ка посмотрю, – рявкнул Георг.
Всего секунда, и сюзерен пересёк комнату. Схватил гаджет и прямо-таки окаменел.
– О-о-о… – как назло повторила неведомая мне и уже проклинаемая женщина.
Пришлось очнуться.
– Что там? – строго бросила я и даже поспешила к Георгу, только телефон мне не отдали. Наоборот!
Король извернулся, продолжая смотреть в экран, но не позволяя мне не то что забрать, а даже увидеть. Выражение его лица стало непередаваемым. Реальный культурный шок.
А мне так неприятно стало! Я же понятия не имела, что именно там показывают. Вдруг сейчас научат моё величество чему-то плохому?
– Георг, послушай…
Но он даже ухом не повёл.
Король смотрел! Сначала изумлённо, а потом начал хмуриться. В итоге выдал, причём самым повелительным тоном:
– Ты, лысый, – и перст, указующий на Жреца, – идёшь со мной.
После этого ошарашенного кота схватили и бесцеремонно сунули подмышку. Телефон столь же стремительно исчез в кармане камзола, а Георг круто развернулся и направился к выходу.
– Куда? – выдохнула я.
Не услышал. Вот просто не услышал.
Меня же слегка приморозило шоком – как и Фиалку, которая только глазищами сейчас хлопала.
Побежать за Георгом? Отобрать Жреца? Попробовать вернуть телефон? Я просто не успела!
А когда мы с кошкой остались одни, осела на ковёр и жалобно простонала:
– Нет, только не это.
И уже Фиалке, с претензией:
– Где вы только нашли этот видос!
Утром в столовой Академии царило сильное оживление. Многие адепты зевали, кто-то тёр глаза, но общий уровень настроения был на высоте.
Даже группа пойманных вчера старшекурсников выглядела довольной! А ещё все косились на нашего Ботаника, который почему-то смущался.
Я, глядя на розовые щёки Джима, конечно, спросила:
– Ты чего?
– Да так, – потупившись, отозвался он.
Псих фыркнул, однако в разговор не влился. Вместо этого Лим очень внимательно уставился на меня.
Мне же сначала вспомнился Георг с его запиской книжкой и долгами, а вслед за этим пришло другое воспоминание.
