В Ведьме под соусом Жорик обретает невероятные способности — и это его полное спасение от тяжелых трудов в кухне. Вместе с Танкой они забираются в мир приключений, где каждое действие имеет решающий вес. Главный герой оказывается на грани между обычной жизнью и невероятным приключениями, когда спичка, которую он случайно поджег, превращается в ключ к его новому существованию....
Видимо, я ему даже не нравилась, раз поступил так подло. Не просто бросил, но ещё и подставил, причём смертельно. Ненавижу его. И хранительниц тоже ненавижу. Сводницы проклятые. Вот умру, стану духом, и… организую альтернативный совет!
Мысль об оппозиционной хранительницам группировке взбудоражила и придала силы, но лишь на время. Я металась по камере, захваченная этой идеей, и мысленно выстраивала самую коварную, изощрённую, извращённую месть!
Наваждение схлынуло ночью – я наконец признала, насколько это всё нелепо.
– Вставай ведьма, тебя вызывают.
Помолчал и добавил:
– Поедешь во дворец.
Дворец… Я не обрадовалась – понимала, что ничего хорошего там не светит. В карете ехала с кислой миной, с той же кислой миной шла по роскошным коридорам мимо прижимавшихся к стенам редких слуг."
"Когда меня наконец завели в просторную светлую комнату, которая выполняла роль переговорной, в груди вспыхнула искра надежды.
– Девочки, – выдохнула я. Потом сделала вежливый книксен: – Верховный.
Ведьмочки бросились ко мне, но были остановлены строгим «кхе-кхе» от Торсиваля.
– Девушки, вы помните, о чём мы с вами договаривались? – произнёс кронпринц сурово. – Вы находитесь здесь ровно до тех пор, пока соблюдаете приличия.
Яся, Клисса и Танка посмотрели на принца как на врага. Во взгляде Жорика прочиталась хмурая угроза – ясно, что хорёк живёт не здесь, но с этого дня, Торсивалю лучше убирать туфли на верхние полки бронированного шкафа.
– Всё в порядке, – выдохнула я.
Сказала и лишь теперь заметила эльфийскую делегацию. Тут были все, включая трио моих подопечных – Талинэ, Литемель и Идриль.
Длинноухие смотрели с пылающей ненавистью. Показалось, стоит приблизиться, и всё, над одной ведьмой тут же устроят жестокий самосуд.
– Я не понимаю, что здесь обсуждать, – вторя моим мыслям, отчеканила Талинэ. – Эта ведьма – убийца, и мы требуем передать её Изумрудному лесу. Мы сами проведём допрос. Уж поверьте, мы это умеем.
Намёк на пытки был настолько прозрачным, что я сжалась от страха.
Вот только…
– Не торопитесь, – сказал Торсиваль хмуро. – Нам самим интересны мотивы этой ведьмы.
– Да какая разница, – попыталась возразить Талинэ.
– Большая, – перебил Морис.
