Мне и самой хотелось узнать, что там наверху, только я не привыкла ходить в потенциально опасные места с объектами охмурения.
Нет, не будь тут защитного круга, я бы рискнула! А так…
– Мила, да брось ты, – резко подобрел Виер. – Чего там бояться?
Тут я могла поспорить – в смысле озвучить риски, привести факты криминальной хроники, и дальше по списку. Но зачем?
– Я не боюсь, просто зелье переварится, – и ресницами хлоп-хлоп.
И плевать, что никакого зелья нет.
– Мм-м, а как же твоё желание познакомиться со мной поближе? – мурлыкнул Виер, делая плавный шаг навстречу.
– А с чего ты взял, что оно есть? – развеселилась я.
Ну вот мы и вернулись на круги своя. Да, желание есть, потому что спор обязывает, только я о своём желании вслух не говорила, Виер сам всё придумал. А теперь пусть стоит и недоумевает! Заодно вспоминает о том, что ведьмы не только опасны, но и очень ветрены.
– Мила…
Ещё один шаг, мужские руки легли на плечи, а серые глаза призывно потемнели. Самое время растаять, позволить ногам подогнуться.
Но…
– Жорик, фас! – не дрогнув, скомандовала я.
Секунда. Серебристо-серая молния, и… вторая тирада оказалась громче и заковыристей первой. У меня даже уши покраснели – не со стыда, а от натуги, при попытке свернуться в трубочку.
Когда блондин, пытавшийся при этом схватить висящего на нём хорька, взял паузу, я взвизгнула:
– Жорик, бежим!
И вот прелесть – Жорику известна одна-единственная служебная команда, про «каку». Но в случае с «фасом» и сейчас, он меня понял. Разжал зубы, упал на землю и рванул прочь с такой скоростью, будто за ним бежит сама Смерть.
Причём не простая, а извращённо-мучительная, склонная к предварительным издевательствам и вивисекции.
Я, невзирая на каблуки, не отставала. Летела так, что ураган позавидует! А со стороны холма слышалось злое:
– Стой, ведьма! Стой, кому говорю!
Угу, щас.
Вылетев на обычную, не защищённую древними символами дорожку, мы с Жориком побежали дальше. Через два квартала поймали экипаж, и забег был завершён.
Возница посмотрел опасливо, но обещание двойной платы сделало своё дело. Правда, прежде чем стегнуть лошадей, мужчина спросил:
– От кого хоть убегаете?
– От ревнивого поклонника.
Лошади сорвались практически в галоп.
Мы с Жориком подождали немного, потом обнялись. Вернее, я его немного придушила. Не знаю, о чём думал зверь, а лично я сожалела о том, что Виеру известно, где мы обитаем. Возникла даже мысль изменить маршрут, поехать к кому-нибудь из девчонок.
