На рукояти нет ни золота, ни драгоценных камней, которые могли бы придать ему хоть какую-то ценность.
Не обращая внимания на презрение в его голосе, девушка продолжала настаивать на своем:
— Ты же был там, когда меч извлекли из тела моего замученного отца. Если не скажешь, где клинок, лучше тебе меня убить. Иначе, клянусь Отцом, я превращу остаток твоих дней в кошмар, Темный Меч!
— Ваэлин, — сказал он, кладя сверток на прежнее место.
— Что?
— Это мое имя. Как думаешь, сможешь называть меня так? Или предпочитаешь что-нибудь более официальное? Тогда — лорд Аль-Сорна.
— Я полагала, это имя Брата.
— Уже нет.
Девушка дернулась от неожиданности. «Он ушел из ордена?» Да нет, ерунда! Наверняка какая-то уловка.
— Как ты напала на мой след?
— Ваше судно заходило в порт Южной башни. Человек, которого все так ненавидят, не может надеяться остаться неузнанным. Среди Возлюбленных сведения распространяются быстро.
— Ага, значит, в своих великих дерзаньях ты не одинока?
Она прикусила язык. «Бесполезная сучка! Почему бы тебе не разболтать ему все до конца, а?» Девушка встала, чтобы уйти, и бросила на ходу:
— Учти, это еще не конец.
— Я знаю, где меч.
Чуть не споткнувшись от неожиданности, она оглянулась через плечо. Его лицо было совершенно серьезным.
— Так скажи мне.
— Скажу, но при одном условии.
Она скрестила руки на груди, губы презрительно искривились."
"— Ишь ты! Великий Ваэлин Аль-Сорна возжелал женской плоти, словно обыкновенный мужик?
— Ничего подобного. Как ты сама сказала, мне трудно остаться неузнанным.
Значит, нужна какая-то маскировка.
— Маскировка?
— Да. Моей маскировкой станешь ты. Мы будем путешествовать вместе, словно… — Он на мгновенье задумался. — Словно брат и сестра.
Путешествовать вместе с ним? От одной мысли ей сделалось тошно. Но меч… «Меч стоит того. Может быть, Отец простит меня».
— Куда мы пойдем?
— В Варинсхолд.
— До него же дней двадцать пути.
— Даже больше, и по дороге мне придется сделать остановку.
— Когда мы доберемся до Варинсхолда, ты скажешь мне, где меч?
— Даю слово.
Она вернулась и села.
— Я согласна, — произнесла она, не глядя на мужчину. В этот момент она ненавидела себя за то, что так легко позволила взять над собой власть.
— Тогда тебе лучше поспать. — Он откинулся на спину, укрываясь плащом. — Ах да! Как мне тебя называть?
«Как называть? Он спросил не „Как твое имя?“, а „Как мне тебя называть?“. То есть он уверен, что я солгу. Что же, придется его разочаровать.
