Автор
Все по-настоящему — это драматический дебют Челси М. Кэмерон, где два бизнесмена, ожидая заключения сделки в высоком зале, тщетно пытаются понять искренний мотивы друг друга. Их встреча полна недоверия и эмоций, создавая напряженную атмосферу, как в игре "челюбы", где каждый игрок держит близкие карты в руке, не зная, что ему грозит соперник....
Достаю телефон, открываю приложение с доставкой. Вся лента пестрит вызывающими алыми сердцами. Господи, какая безвкусица… Еще больше радуют праздничные названия блюд. Салат «Стрела Амура», ростбиф «Пылающее сердце» и макароны «Для любимой».
Пока я прикидываю свои шансы выиграть суд по делу о дискриминации холостяков, что-нибудь вроде «Одинокий волк Клим Терентьев против ДеливириКлаб», Стасян запрыгивает на бар и, важно расхаживая между бутылками, обнюхивает все кругом.
— Думаешь, стоит выпить?
Вообще-то я стараюсь этим не злоупотреблять.
Отставляю в сторону бутылку и иду в душ. К черту это все…
А еще спустя час плюю на все и все же выхожу из квартиры. В руках все та же бутылка Просекко.
Спускаюсь на пятый этаж. Ну, вылитый принц — в домашнем и сланцах на босу ногу. Прикладываю палец к звонку и замираю, давая себе последний шанс сбежать. Но какой-то чертик внутри заставляет меня надавить на кнопку. Десять секунд… двадцать. И хоть за дверью явно слышится шум, открывать мне никто не торопится. Чувствую себя — дурак дураком. И уже хочу уйти, когда, наконец, мне открывают.
— Э-э-э… Привет.
Татка тоже в домашнем. В удобных застиранных не меньше моих штанах для йоги, футболке с растянутым воротом и с томатными разводами на щеке. Но поражает меня не это. А сидящая на её бедре девочка. И две другие кудрявые головы, с любопытством выглядывающие из-за двери.
— Да так. Хотел отметить день Валентина, — демонстративно вытягиваю перед собой бутылку и снова кошусь вниз на детей.
— Ну, проходи, раз хотел, — чему-то улыбается Татка.
