Вот и конец для меня, но еще не унываю: стою за гробом, каким-то неумолимым символом утраты, и плачу в полный голос — то ли из горя, то ли от того, что эта черная смерть так непривычно затопила моё сердце. Голос похоронщика остается сухим, но каждый последующий час приближает меня к темной тишине гроба....
- О, Валерия Игоревна! – Раиса Михайловна вышла из кабинета, устало потирая лоб. – Закрутилась совсем я, забыла тебе позвонить. Операции отменены до конца следующей недели, внеплановый отпуск у тебя. Другие хирурги будут оперировать, конечно, план есть, но тебе можно отдыхать пока. Алексей Александрович распорядился выделить тебе выходные в связи с его отсутствием, да я совсем забыла. Ступай домой. Вернется Шиловский, тогда будем работать в усиленном режиме, чтобы план нагнать.
- Все ж в порядке? – уточняю я, сцепив пальцы.
- Ну, как тебе сказать, - пожала плечами главная сестра, - с инфарктом же нет прогнозов. Надеюсь, что они все успеют. Шиловский же для отца целый борт реанимационный организовал, вылетел с реаниматологом в Москву, больше я ничего не знаю. Деньги решают все, конечно. Будем надеяться, что и в этом случае они помогут.
Развернувшись на пятках, медсестра ушла, а я стояла, словно оглушенная, посреди коридора. Инфаркт миокарда! Боже, хоть бы все было хорошо!
******"
"Гриша явился вечером.
- Лер, ты пышную свадьбу хочешь? – Гриша уселся в кухне, заняв добрую ее половину и уставился на меня подслеповатым взглядом, так как очки в этот момент шлифовал специальной тряпочкой, выуженной из кармана клетчатой рубашки.
- Нет, - я пожала плечами. – Зачем пышная свадьба? Денег у нас с тобой столько нет, чтоб кого-то удивлять, а занимать у родителей твоих я не хочу.
- Нет, - ответил мне тихо парень. – Мне вообще не важно, как будет это происходить, даже если ты в мешке будешь из-под картошки. Самое главное, что ты согласна. Я для тебя на все готов!
Он резко качнулся вперед и схватил меня за руку, после чего притянул к себе и обнял, ткнувшись головой в район груди.
