– Ты, оказывается, сторожевой пёс! А я и не знала.
Герцога Первого отправили в каюту, и Владимир Иванович со Степаном Петровичем, вновь объявившиеся поблизости, предложили всем «шарахнуть по маленькой».
Богдан согласился, и Розалия Карловна согласилась, Наталья Павловна подумала и присоединилась. А Таша и Лена не стали.
На «вечере знакомств» было очень весело – Таше так показалось. Когда начались танцы и заиграл оркестр, Розалия Карловна объявила, что от буханья у неё делается в голове мигрень, а в желудке катар, и они с Леной ушли в свою каюту.
"
"Таша танцевала изо всех сил, и на «белый танец» решила пригласить Богдана – ну не Степана Петровича же приглашать!.. Начался этот чёртов вальс, она подошла и пригласила Стрельникова.
Богдан вытаращил глаза, как будто она при всех сделала нечто неприличное.
– Вы меня приглашаете? – уточнил он и оглянулся по сторонам, проверяя, нет ли кого рядом. Никого не было, и Таша кивнула утвердительно.
– Я не хочу, – сказал Богдан. – Нет, нет, что вы!
– Давайте потанцуем, – ещё раз попросила Таша, и губы у неё дрогнули.
Но она тут же улыбнулась. Ей казалось, что весь зал, все люди смотрят на них.
– Да не хочу я с вами танцевать, – пятился он, – ну нет, что вы придумали!
Он быстро вышел из салона, и она, совсем не зная, что делать, зачем-то пошла за ним. Все провожали их взглядами, потому что знали, что она его пригласила, а он отказался, вот даже убегает, а она пытается его догнать!..
…Фу, как стыдно!..
Выскочив на палубу, залитую серыми прозрачными речными сумерками, Таша побежала в сторону от входа в салон, и оказалось, что побежала за Богданом!.
. Он оглянулся и ускорил шаг.
Она поняла, что надо остановиться.
Она остановилась и крепко взялась за холодные влажные поручни.
…Как это получилось? Такая стыдоба на пустом месте! Ну да, ей немного понравился этот загадочный блогер, но… но…
Он даже не захотел с ней танцевать!.. Он не смог себя заставить!.. Он убежал посреди вечера, потому что она пригласила его на вальс!..
Слёзы поднялись мгновенно, затопили горло и пролились на щёки.
Таша вытерла горящее лицо ладонью. Это не помогло, потому что слёзы всё лились, и тогда она утёрлась подолом маечки.
– Нет, – тихо и грозно сказала она себе, – не смей рыдать. Не смей! Прекрати!..
И, запустив пальцы в волосы, несколько раз с силой дёрнула себя за них. Это привело её в чувство.
Она вздохнула, выдохнула и посмотрела по сторонам. Никого не было на палубе, весь теплоход продолжал веселиться и танцевать.
