Они дружески распрощались и брюнет покинул приёмную, даже не взглянув на меня. А жаль — красивый парень. Ну, впрочем, мне сейчас точно не до парней. А вот рыжик меня удивил.
— Добрый день, леди Грейс Лернер?
— Да, сударь…
— Я мэтр Рубус, прошу в кабинет.
Ну, как-то я представляла мэтра сильно старше.
— Присаживайтесь.
— Благодарю.
— Слушаю вас, леди.
— Боюсь, что я ошиблась. Мне говорили, что завещание моего отца было оформлено в конторе мэтра Рубуса. Но, мне кажется, вы слишком молоды для этого. Скажите, в городе есть другой мэтр Рубус? Может ваш родственник?
— Отец.
Он умер два года назад, с тех пор я веду дела один.
— Простите, мэтр. Я не знала.
— Ничего страшного, леди Лернер. Какое дело привело вас ко мне?
— Я хотела бы уточнить, не осталось ли у вас копии завещания моего отца?
— Конечно есть. Не копия — само завещание.
— Могу ли я взглянуть?
— Можете, если вам уже есть семнадцать и вы действительно леди Грейс Лернер.
— Да, конечно. Но как я это сделаю?
Мэтр удивлённо посмотрел на меня, но объяснять ничего не стал.
— Секунду!
Он провел рукой по стене, открылся огромный металлический шкаф. И магические потоки были яркие, чистых холодных тонов. Думаю, на этом хранилище стоит нешуточная защита. Из нескольких сотен цветных папок мэтр выбрал одну.
Папка содержала большой, толстый, запечатанный радужным оттиском, конверт.
— Это завещание, леди Лернер. Прижмите палец к печати. Если она подтвердит вашу личность и возраст — конверт откроется.
Палец сильно кольнуло, от неожиданности я отдернула руку.
— Не пугайтесь, леди, обычная магия крови…
Печать ярко замерцала и конверт с треском открылся.
— Читайте, леди, если будут вопросы — я готов ответить.
Читала я медленно и внимательно. Но завещание было кратким."
"Всё имущество было перечислено длинным-длинным списком. В частности, дом где я жила сейчас, со всем содержимым, драгоценности — отдельный список, оставались мне. Плюс приличная сумма в банке. Синтии отходил дом в районе Белого водопада и досталась такая же суммы наличными.
На мой взгляд — более, чем приличная сумма. Она назначалась моим опекуном и имела право жить в моем доме до совершеннолетия. Сумма в двадцать тысяч солей была отписана Люции в приданное. И небольшие суммы слугам. Получалось так: в моем собственном доме моя мачеха сделала из меня прислугу для своей дочери. Выгнать я её не смогу если, вдруг, она упрется. Драться с ней каждый раз — не выход. Она физически сильнее меня.
