Я сказала Омару, что нужно найти как можно больше людей, готовых дать интервью, даже если нужно будет изменить голос и закрыть лицо. Он сделал все по правилам: собрал доказательную базу, опросил пострадавших. Там все было налицо. Я сама встречалась с этими людьми. Мы выдали большой материал, а на следующий день все СМИ нас цитировали. А потом Омара избили. Он поздно вечером возвращался с работы, и на него напали прямо у подъезда. Избили до неузнаваемости, передали привет от Сулеймана и оставили умирать. Дураки, — усмехнулась Джамиля.
— Покрасоваться хотели и прокололись.
— И Омар выжил.
— Да. И рассказал все в полиции. Мы, конечно, подняли такой шум! Расследование взял на особый контроль министр внутренних дел. Но проблема была в том, что к Сулейману не подкопаешься и его даже не задержали. Против него началась кампания в СМИ. Коллеги поддержали нас. Мы выпустили серию материалов о Сулеймане, после чего мне начали поступать угрозы: присылали фотографии моих детей из школы, родителей, прокалывали шины.
Даниал нанял телохранителей, — Джамиля поджала нижнюю губу и с тоской посмотрела в окно. — Он ведь ни разу меня не обвинил, что я поставила под удар нашу семьи и наших детей. Наоборот, он во всем меня поддерживал и говорил, что вместе мы справимся, — “В отличие от меня”, подумала она. — Даниал отправил моих родителей в Грузию, а детей со свекром и свекровью в Испанию. У нас была квартира в Марбелье. А я заявила на него в полицию. Потом оказалось, что его давно “пасли” спецслужбы.
Они вышли на меня и дали мне тот самый эксклюзив по поводу нелегальной продажи оружия, после которой его все-таки задержали и уже не выпустили. Само собой, момент ареста тоже был нашим эксклюзивом.
— Да, Соня мне об этом и рассказала.
— До суда он так и не дожил. Сказали, что инфаркт. Но очень многим его арест встал поперек горла. Человек из спецслужб, с которым я сотрудничала, был вне себя от злости. Так много работы коту под хвост. Он сказал, что Сулейман мог утащить с собой на дно очень важных людей.
— Я узнал, что его жена не особо-то и страдала после его смерти. Как и единственная дочь."
"— Он не светил ни их, ни своих любовниц. Его личная жизнь всегда оставалась в тени… Но ходили слухи, что у Сулеймана есть особые, — она остановилась и немного смутилась, — как бы это сказать… предпочтения.
— БДСМ? — удивился Лев.
— Нет, — поморщилась Джамиля. — Хотя даже не удивлюсь. Поговаривали, что он любил девствениц, как чертвов Мао Цзэдун.
