Люся!! Я знаю, как мы заставим Леру заговорить! – заголосила она.
Внучки тут же радостно запрыгали, забыв про сон, и звонко захлопали в ладошки:
– Классно! Баба Вася знает!! Баб, расскажи как?!! Ну расскажи-и-и!!!
На следующий день Люся с утра позвонила дочери и голосом дедушки Мороза сообщила, что для молодой пары у нее имеется сказочный сюрприз. Да, этот подарок необходимо получить немедленно! Через час Орфеевы в радостном предчувствии звонили у двери.
– Доченька! Володя! Какие молодцы! – восторженно верещала Люся, спешно натягивая курточку.
– Васенька! Одевайся, а я пока Олюшку подарочком обрадую!
Василиса была уже при полном параде. Смущенно растягивая губы в улыбке, она бочком двигалась к двери:
– Здрассьте, Володя. Ой, Олюшка, как прекрасно выглядишь!.. Кстати, все накормлены, если чего не хватит, еда в холодильнике, а телефон на столике, ты знаешь, как Паше звонить. Ой, ну я побежала, – протараторила она и выскользнула за дверь.
Ольга еще ничего не понимала и ждала приятной неожиданности.
– Мам, а что за подарок-то? – не терпелось ей.
– Отгадай сама! – игриво приговаривала Люся, натягивая сапоги.
– Глаза закрыть?
– Конечно, закрой. И ты, Володенька, не зыркай по сторонам, закрой глазки и дождись радостного мгновения.
Володя послушно зажмурился, Люся выскочила в подъезд и захлопнула дверь. И в тот же миг за ней раздался оглушительный детский крик: «А вот и мы!!! Не догадались, не догадались!! А мы – сюрприз!!»
Ольга рванула входную дверь:
– Мам!! Мы с троими не управимся!! Мы так не договаривались!!
– Да! – мотнула головой Люся, сбегая по ступенькам.
– Мы договаривались, что ты не станешь звонить Паше, а ты позвонила. Вот теперь и сиди, говорили же тебе – нам свобода нужна!!
Свободные бабушки замедлили бег только возле автобусной остановки.
– Ну что – как всегда, на кладбище? – уныло спросила Люся.
– Нет, время еще позволяет, сначала позвоним Татьяне, узнаем, где могилку-то искать, а потом за венком, чтобы все честь по чести. К одиннадцати управимся."
"Они управились раньше.
Потом еще полчаса искали нужное место, если бы не большая яркая фотография, плутать между могилами пришлось бы дольше. Вместо памятника был обычный деревянный крест, вероятно, поставленный временно. Под фотографией смеющегося парня четкими буквами было написано: «Митюшкин Михаил Игоревич», и больше никаких надписей. Едва женщины присели возле свежего, потонувшего в цветах холмика, как сразу же увидели, что к ним торопливой походкой направляется женщина.
