Автор
Узнав страшный диагноз, Артем Арбинский очерствел. Его сковали безумие и одиночество, и следом он с головой ушел в черный бизнес. Вскоре 32-летний мужчина получает прозвище «Арбин» за свои хватку и жестокость. Юной Владиславе придется не только ответить за дела своего дяди, но и предстоит узнать главный секрет нелегального бойца, совершенно случайно спасти самого Арбина, а взамен получить его безумие и с ненавистью познать его жестокость....
- Я увидел его и теперь хочу тебя сжать до хруста костей еще больше, хочу держать тебя в кольце рук и не отпускать…
- Артем… - шепчу я тихо.
- Чеерт, как же крышу сносит от осознания того, что ты моя жена, что ты подарила мне сына…
- Артем, - пытаюсь я успокоить безумца, но улыбка при виде его эмоций вырывается непроизвольно.
Безумный шепот в области виска сносит голову и мне, но я вспоминаю, что прямо за дверью сидит наш сын и ждет нас обоих. Мягко упираюсь руками в грудь мужчины и пытаюсь отстранить. Получается плохо, поэтому произношу:
- Он нас ждет, Артем.
- Я самый счастливый человек, Влада, - шепчет он, отстраняется, бешено целует меня в губы и только после этого позволяет себе меня отпустить.
Сердце бешено колотится, Артем открывает дверь и застывает в проеме. Ненадолго, чтобы не пугать ребенка своей реакцией. Мы оказываемся на кухне, я целую мальчика в щечку и спрашиваю:"
"- Итак, сейчас нужно пообедать. Устали с дороги с дядей Владом, да?
Артемка не отвечает, зато спрашивает в ответ:
- Мама, а мы еще вернемся в Мирлите?
Я замираю ненадолго, но сглаживаю молчание своей улыбкой.
- Это ведь далеко, - произносит мужчина, хмурясь.
Малыш впервые вступает в диалог, вздергивая подбородок и устремляя взгляд к отцу:
- Но там было так красиво, папа… - ненадолго замирает от этого слова из собственных уст, а затем продолжает улыбаться, как ни в чем ни бывало, - а наш двухэтажный дом мама сделала таким уютным, - вступился маленький Артем, раскрывая всю правду своему отцу.
И хотя было оговорено, чего стоит говорить, а чего нет, я понимаю, что у ребенка бурлят эмоции при виде отца и он все равно говорит лишнее. Вижу, какие эмоции одолевают этих двоих, но оба пока сдерживаются: отец – чтобы не напугать Артема, а ребенок же боится показать свои чувства пока еще малознакомому мужчине. Хотя и понимает, что перед ним – папа, но боязно ведь. Большой такой, незнакомый, но жутко интересный.
- Да, у нас был там двухэтажный домик. Небольшой, - киваю я, вставая с корточек и направляясь к плите, - сейчас пообедаем и все вместе ляжем спать, хорошо? Ты устал с дороги, мой хороший.
Копошусь у плиты и совсем не замечаю, как мужчины оказываются рядом и начинают разговаривать. Осторожно прислушиваюсь к детскому голоску:
- Меня тоже зовут Артем.
Малыш не говорит лишнего. Пришлось попросить его вести себя немного иначе.
