– Тогда почему молчишь? – Лена взяла пустой бокал из ее пальцев, машинально отмечая, что они ледяные. – Ты пришла ко мне в слезах и синяках, а теперь сидишь и молчишь? Да что происходит?! В чем дело?
Судорожно вздохнув, девушка выдавила два слова:
– Я беременна.
От неожиданности хозяйка квартиры рухнула на пятую точку. Вот уж чего Лена не ожидала…
– Как беременна? – пробормотала она, шаря по лицу подруги растерянным взглядом. – Ты беременна? Господи, только не это! – застонав, она схватилась за голову. – Дарья, прошу, нет, умоляю, скажи, что ты пошутила, что ты не ждешь ребенка!
Та беспомощно пожала плечами:
– Жду.
Десять недель. Сегодня была у врача и делала УЗИ. Все верно. Через семь месяцев я стану мамой…
– Нет, постой, – Лена замахала руками, обрывая подругу, – такие новости нельзя сообщать в три часа ночи, да еще таким образом! А я-то, глупая, думала, что вы в очередной раз поругались… – От внезапного понимания захотелось завыть: – Так это ребенка Димка назвал ублюдком? Так получается?!
Сглотнув подступивший к горлу ком, Даша медленно кивнула.
Ей было не просто плохо, ей было хреново. У нее болело не только избитое тело, но и душа.
Реакцию Елены долго ждать не пришлось. Закрыв глаза, она грубо выругалась, отводя душу. Потом вскочила на ноги и стала расхаживать по комнате, заложив руки за спину. На ее лице появилось сосредоточенное выражение, будто она обдумывала какую-то мысль. Даша только следила за ней жалобным взглядом, не решаясь сказать хоть слово. Ей было страшно.
Она уже не знала, во что верить и кому доверять. Казалось, будто весь мир ополчился против нее и того крошечного человечка, который еще даже не появился на свет.
Наконец, Лена утихомирилась. Она плюхнулась в соседнее кресло и впилась в подругу инквизиторским взглядом:
– Рассказывай. Все. И по порядку. Видимо, я что-то упустила…
Конечно, упустила. Но об этом Даша вслух говорить не стала. Они дружили целую вечность, и первые воспоминания Даши о себе были неизменно связаны с Леной.
Школа, университет, всё вместе, а теперь… Теперь в жизни одной из них появились ситуации, о которых та неизменно, раз за разом, умалчивала. И вот результат: ночь, две подруги, два пустых бокала, слезы, недоуменный взгляд и телефон, как вестник чего-то рокового.
– А можно мне кофе? – робко спросила Даша. – Только крепкий и с сахаром?
Руки у нее продолжали дрожать – точно так же, как и голос.
– Ты же пьешь без сахара? – Лена выжидательно приподняла левую бровь.
