Только мама заводила друзей, находила бесконечных родственников, как следовал новый переезд.
Мама, Амина, любила папу – я знаю. Она следовала за ним куда угодно, но медленно умирала. Даже общение со мной стало в тягость. В нашем доме начался другой шум. Скандальный. Родители ссорились всегда, когда папа приходил с работы. Мама требовала вернуться обратно, мама требовала внимания, хотела видеть своих родителей, братьев и сестер, мама требовала друзей, а отец хотел делать карьеру, буквально носом рыл, чтобы у нас было все.
И все было.
Нам выдавали квартиру в каждом городе, где бы мы ни жили, уж не знаю, как это удавалось отцу.
У меня всегда была своя комната, свои игрушки, а потом случался новый переезд.
За десять лет моей жизни я сменила как минимум городов тридцать. Куда уж тут до друзей и родственников. Мы еле успевали распаковывать вещи и оформлять документы.
Но папе стало мало, он словно вошел во вкус.
Для него это было игрой, за которой он совершенно забыл о своих девчонках. И если я еще любила его и ждала, то мама сдалась.
В какой-то момент она даже скандалить перестала, и я окунулась в тишину.
Именно в тот период мы снова переехали. В город, где в тот момент шли военные действия. Это я сейчас понимаю, что работа в таких местах для военного короткий путь к вершине, особенно успешная. А тогда не понимала. И мама не понимала. Она была красивая, легкая на подъем, любящая красиво одеваться, вкусно кушать и веселиться, а тут ее фактически заперли. Еду доставляли, из дома мы почти не выходили, общаясь с внешним миром только через отца.
Он обещал, что скоро все закончится, что это… последний раз.
Я поверила, а мама даже не улыбнулась.
Мы провели там почти год, в относительной безопасности, несмотря ни на что. Но уже знали, что тишина – предвестник бури."
"Так вышло и в тот день. После очередной череды волнений в городе мама решила, что хватит. Что мы с ней уезжаем. Я умоляла ее дождаться отца, я умоляла ее не бросать его здесь одного, но она кричала, что больше так не может.
Отец встретил нас на пороге, увидел мой растерянный взгляд, чемоданы и сказал, что сейчас в городе небезопасно, и никуда нас не отпустит.
Я даже выдохнула. Спокойно легла спать, умиротворенная звуками родительского скандала, а потом наступило утро…
И оглушительная тишина почти свела с ума. Мама все-таки ушла. Бросила и меня, и отца, не выдержала заточения, даже письма мне не оставила.
А потом мы узнали, что ее не стало.
Она не смогла выбраться из города.
