Только куда ее засасывало? Икаким образом могла образоваться дыра? Ведь ни взрыва, ни ударов мы не слышали.
Рассвет только занимался. Небо над Калининградом оставалось темным, набережная тоже утопала во мраке. Прожектор хорошо освещал поверхность воды, а что происходило на глубине, никто из нас не видел.
– Чего молчите? Хотелось бы услышать предположения опытных моряков, – донимал Горчаков.
– Пока на ум приходит только одна версия, – потянулся я за фонарем и маской. – Версия подвижки тектонических плит.
– А если серьезно? – раздраженно произносит генерал.
– Если говорить серьезно, то… зачем гадать, если можно увидеть своими глазами?
С этими словами я сбросил с плеч куртку и посмотрел на Жору.
– Пошли, прогуляемся.
Оставив Горчакова в молчаливом недоумении, мы вываливаемся за борт…
* * *Мой пустой дыхательный аппарат так и остался лежать где-то в пещере. Вдвухбаллонном акваланге Георгия еще имеется небольшой запас воздуха, и мы по очереди дышим, передавая друг другу загубник.
Видимость в реке отвратительная.
Водоворот и вызвавшее его явление подняли со дня ужасающую муть. Фонарный свет упирается в мельчайшие частицы, не позволяя рассмотреть ничего дальше одного метра. Мы ползаем у речного дна и буквально на ощупь пытаемся выяснить причину происходящего под парапетом.
Проходит минута, другая…
Внезапно Георгий теребит меня за руку и тащит в сторону. Яследую за ним и через пару метров натыкаюсь на лежащее на дне огромное темное тело.
От удивления загубник едва не вываливается изо рта.
Ведь мы прочесали все дно вдоль набережной, и я готов был поклясться, что здесь ничего не было!
Приблизившись, мы понимаем: на грунте с небольшим дифферентом на нос лежит субмарина сверхмалого класса.
Осторожно обходим кормовую часть корпуса, осматриваем единственный вертикальный руль, горизонтальное оперение, гребной винт диаметром около полуметра…
По бортам у подлодки имеются бугельные торпедные аппараты, но вместо оружия в них «заряжены» некие пеналы, лишь отчасти похожие на торпеды.
Над корпусом торчит смещенная назад приземистая рубка с предохранительным ограждением убранного перископа, с крышкой шноркеля, обрубком антенны и прозрачным плексигласовым колпаком. Заметив колпак, мы предусмотрительно опускаемся ниже уровня рубки, чтобы не попасть в поле зрения экипажа невесть откуда взявшейся субмарины.
Носовая часть имеет устаревшие обводы. Подобная хищная форма подводных кораблей использовалась в конце Второй мировой войны.
