– И как он стал жабой? – наконец спросила она.
Милли низко опустила голову, старательно пряча глаза."
"– Роковая случайность, – туманно отозвалась я. – Знаете, не из той лужи выпил.
– Как козленочек? – растерянно уточнила Дороти.
– Простите, но как последний кретин, – не удержалась я от конструктивной критики в адрес аморального поведения главного героя трагедии.
– А почему он синий?
– Простудился, пока купался.
– Он теперь таким и останется? – Голос невесты истончился от слез.
– Не дай, темная Богиня! Просто поцелуйте его, и он снова превратится в человека, – излишне оптимистично заявила я и даже пожала плечами, мол, что может быть проще, чем вернуть квакающему жениху человеческий облик.
– Всего лишь? – зачарованно выдохнула Дороти, разглядывая перепончатое создание, и вдруг с ужасом воскликнула: – Постойте, поцеловать синюю обрюзгшую жабу?!
– Картера, прошу заметить, – поправила я.
– Мне?!
– Ну, раз у Эмили не получилось… – пробормотала я себе под нос, но Милли расслышала и испуганно икнула.
Невеста побледнела, взгляд сделался затравленным.
– Госпожа ведьма, а вы уверены, что это нужная жаба, а не какая-нибудь приблудная?
– Да что ж вы все так боитесь-то с лягушкой облобызаться?! Он не кусается! – разозлилась я. – Вам пример, что ли, показать?!
– Не надо! – в унисон воскликнули девушки, не позволяя мне оставить осторожный чмок промеж жабьих глазенок.
– Я сама, – кашлянув, сдержанно пояснила Дороти. – Поцелую своего жениха.
Она забрала измученное создание, крепко зажмурилась и, затаив дыхание, крепко прижалась губами к синей спинке.
– Ну как, госпожа ведьма? – промычала невеста, приоткрыв один глаз. – Сработало?
Вокруг жабы запорхали голубые огоньки.
– Скорее кладите его на диван! – всполошилась я, понимая, что прямо сейчас на руках у хрупкой девушки образуется половозрелый полновесный мужчина.
Картер полетел на полосатый диван, расставив лапы, словно подбитая птица – крылья. Не успел он приземлиться, как из тела вырвались острые лучи света, на секунду нас ослепившие, и на диван рухнул обнаженный подтянутый парень.
Он был покрыт синими пятнышками, чем до смешного напоминал испорченную черной ворожбой божью коровку. Картер смачно шибанулся лбом о резной деревянный подлокотник и, выругавшись, голым задом уселся на полосатые диванные подушки.
– Ква-квакого демона?! – выдавил жених хрипловатым голосом.
– Картер, милый… – прошептала Дороти, прикладывая к дрожащим губам тонкие пальцы.
