— Тебе показалось, — улыбаюсь на всякий случай еще шире. — Может просто песок в глаза попал. Помнишь я рассказывала, что нельзя обкидываться. Вот потому что глазки могут заболеть и слезиться будут.
— И кто это наделал? — воинственно спрашивает малыш. — Покажи мне, я быстро со всеми разберусь!
У меня ком в горле. Говорит в точности, как его папа…
Я прижимаю к себе Тёму и целую макушку:
— Спасибо, мой герой. Ты самый лучший мужчина на свете.
— А как же Паша? — сразу чует подвох проныра.
— Разве он нам нужен? — пожимаю я плечами.
— Мы вроде и без него отлично справлялись. Правда ведь?
Кивает задумчиво:
— Не нужен. Он тебя обижал и ты плакала из-за него.
Вздыхаю устало:
— Все-то ты помнишь, мой маленький принц, — глажу его по щечке: — Беги играйся с ребятами, а-то уже почти всех разобрали, скоро домой пойдем.
Он чмокает меня в нос и убегает к остальным детишкам, которые играют с поливалками. Они весело хохочут, бегая босые по траве вокруг разбрызгивателя в виде грибочка. А я стираю слезы, пока никто не заметил.
Как я хочу, чтобы этот дурацкий день поскорее закончился. Хочу просто прийти домой и отрубиться, и чтобы все, что сегодня произошло оказалось простым кошмаром.
Осталось всего трое детей, если не считать моего Артемку. Значит уже скоро мы будем свободны.
— Здравствуйте! Мы за Ивановыми, — окликает меня женский голос.
На всякий случай смотрю, как дети реагируют на забирающих, потому что оставшиеся малыши из других групп, и родителей я особо не знаю.
Ответственность колоссальная.
Однако мальчишки-близнецы с шумом бросаются к маме с папой и я протягиваю им планшетку:
— Распишитесь и вещи не забывайте, — действую на автопилоте.
Семейство Ивановых скрывается за калиткой сада и нам с Тёмой остается выдать только одну девочку, но как назло ее родители совсем не спешат закончить мой рабочий день. К слову, официально который закончился уже больше получаса назад.
Девочка довольно плохо еще говорит, а может просто стесняется.
И заметно грустит, даже позабыв уже про игры с водой.
Подхожу к детям и выключаю поливалку:
— Тём, бери Аленку за ручку, пойдем я вам сказку буду рассказывать.
Тёма подходит к расстроенной малышке и протягивает ей ручку. Но она губы дует, обнимает себя пухлыми ручками и отворачивается.
Опускаюсь перед ней на корточки:
— Ну что ты, зайка? — поддеваю пальцем кнопку курносого носика. — У тебя тоже день трудный выдался, да?
Кивает, и крепче себя обнимает.
