Я видел, что всё ещё без устали болтавшая блондинка не спускала с меня глаз. Она оценивающе шарила по мне взглядом, поправляла на своей голове причёску. Я ей улыбнулся и тут же услышал в динамике трубки протяжные гудки. Как и в случае с моим предшественником в этой кабине, гудки не докричались до абонента. Я взглянул на циферблат наручных часов и набрал другой номер.
На этот раз мне ответили уже после второго гудка.
— Зареченский у аппарата.
— Здравствуйте, товарищ капитан, — сказал я. — Не думал, что застану вас на работе в столь позднее время.
Теперь я спокоен за свою страну, раз её охраняют такие ответственные люди.
Пару секунд я слушал звуки дыхания в динамике.
— Кто это? — спросил Лев Петрович.
— Не узнали меня? Богатым буду. Не сомневался в этом. Это Сергей Чернов. Помните такого?
— Сергей Леонидович?
Мне послышалось в голосе капитана КГБ удивление.
— Сергей Леонидович, вы знаете, что вас сейчас разыскивает вся милиция нашего город? — спросил Зареченский.
— Слышал об этом, Лев Петрович, — ответил я.
— Поэтому вам и позвонил. Я тут подумал: не отмажете ли вы меня, ни в чём не виновного человека, от внезапных проблем? Думаю, для вас и для вашей организации это будет плёвым делом. А я вас отблагодарю. Важного преступника вам выдам, что называется, с потрохами. Как вам такое предложение, Лев Петрович? Что скажете?
Я мысленно досчитал до пяти — всё это время Зареченский молчал, лишь дышал в микрофон.
— Чёрный, ты с ума сошёл? — поинтересовался капитан КГБ.
— Ты вообще понимаешь, куда позвонил и о чём сейчас меня попросил? Тебе серьёзный срок сейчас светит, между прочим. Ты сядешь в тюрьму. Надолго. Не помогут тебе ни прошлые спортивные достижения, ни хорошие характеристики из института. И Москва за тебя не вступится — я не сомневаюсь в этом: не тот случай.
Я снова подмигнул следившей за мной из соседней кабины блондинке.
— Так я вам потому и позвонил, Лев Петрович. Понимаю, что дело нешуточное…
— Нешуточное? Да я сам с тебя шкуру спущу, если Наиль умрёт!.
. В рамках закона, разумеется.
Я услышал в динамике шуршание.
— Не переживайте вы так, Лев Петрович. Ваш приятель умрёт, конечно. Рано или поздно. Потому что все мы смертны. Но не в ближайшее время. Официально заявляю: я не виноват. Ни в чём. Так и запишите. Я категорически не согласен ни с какими обвинениями в мой адрес. Но сдам вам настоящего матёрого преступника, если… милиция поверит в мою невиновность.
