— Наши с вами планы и цели совпадают. Разве не так? Так почему бы нам не объединить усилия? В лице Настиной семьи вы обретёте хороших помощников и могущественных покровителей. Как вам такое предложение?
Я кивнул.
— Мне оно нравится.
Елизаров улыбнулся.
— Вот и прекрасно, — повторил он. — Сергей, я и не сомневался в твоём согласии. Ведь ты же разумный человек. И дальновидный. Давай обсудим с тобой ещё один важный момент нашего договора. Елена Ивановна его уже слышала. И он ей в целом понравился. Тем более что она нацелилась на поступление летом в ГИТИС.
Уверяла нас, что и ты, Сергей, не против переезда в столицу. Потому что это и есть главное условие нашего сотрудничества, выдвинутое Евгением Богдановичем.
Михаил замолчал, будто ждал моих вопросов и уточнений. Не дождался.
— Сергей, — сказал он. — Мы проанализировали записанные тобой сны. Пришли к выводу, что их содержание со значительной долей вероятности зависит от координат того места, где ты их увидел. Настя вспомнила, что сны о пожаре в гостинице и о взрыве в метро ты записал в Москве.
Она узнала те твои записи. Даже вспомнила, как прожгла их пеплом. Этот след на них мы обнаружили. Лена утверждала, что сон о давке в «Сокольниках» ты увидел во время сентябрьской поездки в столицу.
Я почувствовал, как пальцы Лены крепко сжали мою руку.
— Сергей, — сказал Елизаров, — мы хотим, чтобы ты переехал в Москву. Считаем, что ты ещё не раз увидишь во снах пророчества. Думаем, что их значимость заметно возрастёт, если эти сновидения явятся к тебе в столице.
Я имею в виду их значимость для нашей страны в целом. Кто его знает, что ждёт нас на нелёгком пути строительства коммунизма. А мы хотели бы узнать это заранее. С твоей помощью. Разумеется, мы поможем тебе с обустройством в Москве. Оформим перевод в московский вуз.
Он улыбнулся — на этот раз нерешительно.
— Настя предположила, что ты с удовольствием бы учился в институте пищевой промышленности.
Елизаров тут же развёл руками.
— Но это тебе решать, — сказал он.
— Мы с тобой ещё побеседуем на эту тему.
Я нахмурил брови, вздохнул и с напускным сомнением в голосе сообщил:
— Я… согласен на ваше предложение. Так и передайте Евгения Богдановичу. Решено. Мы с Леной приедем в Москву в середине июля. Если ты, Михаил, не возражаешь, поначалу мы остановимся у тебя.
Елизаров кашлянул.
— Почему в июле? — сказал он. — Евгений Богданович… предложил, чтобы вы явились в столицу уже сейчас. В воскресенье, вместе со мной.
