Необходимо, чтобы после нашей зимней поездки в Москву у твоей подруги Насти Бурцевой случился роман с подчинённым её отца лейтенантом КГБ Михаилом Елизаровым.
Под моей спиной скрипнули пружины дивана. Едва заметно покачнула листьями стоявшая в углу комнаты финиковая пальма.
Котова удивлённо хмыкнула.
— Роман? — сказала она. — У Насти и лейтенанта? Для чего это нужно?
Между бровей у Лены появилась морщина.
— Чтобы мы с тобой спасли жизни ещё как минимум десятерых детишек, — ответил я.
Глава 4
Котова уселась на диван, провела рукой по своей голове и убрала со лба на затылок каштановые пряди волос.
Она выпрямила спину, расправила загорелые плечи. Я отметил, что её поза выглядела эффектно на фоне похожего на виноградную лозу комнатного растения, что свисало со шкафа за спиной Котовой. Почудилось, что я сейчас смотрел не на реальную женщину, а на один из тех плакатов с юными красотками, которые развешивал у себя в рабочем кабинете Артурчик.
Лена разглядывала моё лицо.
— Серёжа, тебе приснилось, что погибнут дети? — спросила она.
— Где? Когда? Этот сон есть в твоей папке?
— Я записал всё, что запомнил об этом происшествии. Но тебе эти записи пока не покажу.
— Почему?
Мне показалось, что морщина на переносице Котовой стала глубже.
— По той же причине, по которой мы сегодня не позвонили в службу газа. Чтобы мы сильно не повлияли на условия задачи: настолько сильно, что ответ станет непредсказуемым. Пока мы поработаем над получением инструментов для решения задачки. Подобных твоей оранжевой косынке и плащу Маргариты Лаврентьевны.
— Роман Насти и лейтенанта — это инструмент?
Лена подалась вперёд, положила руку мне на живот. Пристально смотрела мне в глаза.
— Это отличный способ для того, чтобы мы этот инструмент получили, — уточнил я. — Это один из найденных мною способов. Реальный и относительно безопасный.
Котова дёрнула плечами. Солнечные зайчики над её головой пошевелились.
— Ничего не поняла, — призналась Лена. — Что мы от этого романа получим?
— Помимо того, что наладим твоей подруге личную жизнь и заслужим благодарность лейтенанта Елизарова?
— Да.
— Повысим шансы на спасение детей, — ответил я. — Существенно повысим.
Поинтересовался, пока Котова не обрушила на меня новые вопросы:
— Сколько ты получила осенью писем от Бурцевой?
— Четыре… нет, пять, — ответила Лена. — Пятое пришло вчера. Я тебе о нём пока не рассказывала.
— Вот тебе и ещё один намёк на то, что наши усилия не станут напрасными, — сказал я.
