Она не назвала своего имени и даже не предложила ему пройти дальше прихожей, но Олег не обратил на это внимания, он готов был разговаривать где угодно, лишь бы побыстрее получить ответы на свои вопросы.
– Вы считаете его виновным в болезни Веры?
– И да, и нет. Он – причина, но разве можно его винить в том, что Верочка ему не нужна? Он любит другую женщину. Это жизнь, так случается сплошь и рядом. И во всем остальном он тоже не виноват, хотя долгое время мы с мужем считали иначе.
– Во всем остальном – это в чем?
– Ну, в этой истории с изнасилованием… Когда Вера узнала, у нее была вторая попытка суицида.
Она не могла вынести, что ее идеал, на который она чуть не молилась, оказался пошлым подонком. Ведь он сказал ей, что любит другую женщину и не хочет ей изменять, и Вера отнеслась к этому с уважением, он даже вырос в ее глазах. И вдруг такое… Она снова сорвалась. Господи, по каким только врачам мы с мужем ее не водили, чем только не лечили! Вроде все налаживаться стало – и вот снова, она уже без малого три месяца в клинике.
Она жить не хочет из-за этого, вы понимаете?! – со слезами на глазах выкрикнула мать Веры.
– Из-за чего? Из-за истории с изнасилованием?
– Ну да! Никакого изнасилования не было! Его оговорили! Вы что, сами не знаете? Эта девчонка призналась Вере, что оклеветала Филановского, что на самом деле ничего подобного не было. И Вера вбила себе в голову, что предала свой идеал, своего любимого, когда поверила в то, что он на такое способен. Она стала ненавидеть себя за это, презирать, считать предательницей – и вот, новый срыв.
Но я не могу его за это винить, он и сам пострадал.
– Постойте, постойте, – у Баринова уже голова шла кругом, – мне известно про покушение на изнасилование, а вот про то, что его не было, мне ничего не известно. Можно поподробнее?
Мать Веры снова заговорила тихо и безучастно, словно минувшая вспышка забрала у нее последние силы.
– Я не знаю никаких подробностей. Я знаю только, что Вера случайно столкнулась на улице с этой девицей, Наташей, они на семинаре познакомились, и Верочка рассказала ей, что болеет, и даже рассказала почему.
Знаете, она в последний год как-то распрямилась, стала живее и уже могла спокойно рассказывать о себе, ничего не скрывая. Она перестала стесняться себя и своей любви к Филановскому. Это, конечно, благодаря постоянным сеансам у психотерапевта. Вот она и Наташе рассказала, что пыталась покончить с собой, когда узнала про Филановского.
