Эринос кидается к столу, хватает свой пистолет и стреляет в Занозу, стоящую у него на пути. Вижу, как в замедленной сьёмке: пламя из пистолета, удивлённо-обречённое лицо девушки, понимающей, что не уйти от пули и… Вдруг всё опять приходит в норму! Чьё-то тело сшибает безопасницу, подставляясь под выстрел! Красавчик!
Бравый энфар падает, заливая всё кровью, но мне сейчас не до него! Подсечкой, не вставая с пола, роняю Эриноса и, навалившись на него сверху, луплю по морде кулаками, пока он не затихает.
Вбежавшие «крабы» быстро связывают бесчувственное тело, и вот тут уже подбегаю к Красавчику, пытаясь оценить степень ранения. Хреново… Большая свинцовая пуля раздолбала левый бок.
— Франга! Лекаря! Срочно! — орёт не своим голосом Альда, разрезая ножом одежду Красавчика.
— Так и знал, что без меня не обойдётся! — сплёвывает один из абордажников, отталкивает её в сторону и начинает шаманить над раной, пытаясь остановить кровь.
Минут десять молчания и моряк, оторвавшись от Сулёмы грустно выносит вердикт:
— Здесь не справлюсь… И везде не справлюсь — не корабельного лекаришки дело… Нужен очень опытный франга со всеми инструментами.
— Будет! — с жаром отвечаю ему. — Раненного в карету вместе с гнидой Адрокиусом! Прорываемся во дворец! Там всё лучшее! И франга, и палачи!
Гонка по столице превращается в полное сумасшествие! Наша карета, запряжённая шестёркой лошадей и вся обвешанная злыми абордажниками, словно ледокол, рассекает толпы вооружённых людей, сражающихся друг с другом.
Парни никому не дают приблизиться к «скорой помощи», действуя чётко и очень агрессивно. Для себя отмечаю, что на самом деле большинство встречающихся нам воинов являются вертунгскими моряками, избивающими пиратов, не ожидавших подобного сопротивления.
Потом разберусь! Главное — дворец и наш груз!
Первая серьёзная остановка у закрытых ворот Властного города, где усиленный конвой из моряков и стражников, притормозил подозрительную карету, взяв на прицел многочисленных мушкетов.
— Кто такие?! — грозно спрашивает главный в морском мундире, — И почему…
— Энфар Герн! — кричит один из моих «крабов».
