Где оно проходит?
Всё-таки она умудрилась пробить невозмутимость этого мужчины — Вестериус сейчас выглядел уже не настолько бесстрастным, глядя на Анастасию с неудовольствием. А что он хотел, интересно? Покорности? От Альго? Нет, не дождётся.
— В большом дворцовом зале, — ответил Актон, тем не менее стараясь держаться вежливо — хотя его глаза яростно сверкали, и в глубине зрачков словно горели два маленьких костра. — Он находится над тронным, это зал для больших собраний. Гвардейцы подождут за дверью, они вас проводят.
Только не задерживайтесь, ваше высочество — мы должны провести заседание в течение часа. Всем нужно возвращаться к работе.
«Ну разумеется, занятые вы мои, — подумала Анастасия со злостью. — Вы просто боитесь, что об этом раньше времени узнает император».
— Не переживайте, Вестериус, — ответила принцесса невинным голосом. — Я не задержусь.
Роланд
Свой амулет Риан дал посмотреть только Моргану — остальных не подпустил. Роланд только издалека рассмотрел, что это нечто, похожее на часы — деревянный корпус, стрелка.
Хотя скорее даже на компас, нежели на часы, поскольку стрелка была лишь одна.
— Сложно, — пробормотал Рид, выпуская из ладони вещь, изготовленную его дочерью. — Очень много энергии, и плата большая. Тайре это многого стоило.
Риан побледнел, глядя на Моргана с тревогой, но шаман криво улыбнулся и махнул рукой.
— Не бери в голову, это не смертельно. Но понятно, почему она на такое пошла, если действительно увидела… Из этого лабиринта иначе никак не выйти.
— Но у нас ведь есть ты, — недоумевающе произнёс Риан, но Морган покачал головой.
— Нет, я бы не смог вас вывести. Здесь очень сильная родовая магия, она сопротивляется любому вмешательству, кроме одного — влиянию старшей силы. В этом амулете не только шаманская магия, родовая тоже. Кровь императора. Лабиринт так зачарован — он пропускает только королей или тех, кто выше. Император выше. Поэтому носителя амулета он пропустит. А мы пойдём за тобой, Риан.
— Мне почему-то кажется, что всё не может быть настолько просто, — вмешался в диалог Роланд, и Эрнест, тоже прислушивающийся к тому, что обсуждали шаман и бывший принц, кивнул.
— Да, я тоже так думаю. У меня есть одна мысль… Но лучше я пока промолчу. Пойдёмте, что ли? Чем дольше мы здесь находимся, тем дольше принцесса во дворце совершенно одна.
Думать об Анастасии было больно и тревожно, особенно теперь, после попытки убийства.
