– Закрыв глаза, я откинулся на спинку сиденья. И наконец, впервые за полет расслабился. – Это моя проблема.
– Но хотя бы слежку…
– Некоторые вещи я предпочитаю делать сам. А слежку… – Приоткрыв один глаз, я посмотрел на детей. – Есть у меня специалисты, способные обеспечить и слежку, и тотальный контроль, и еще много всяких неожиданных приятностей.
Глава 30. По разные стороны баррикад
Варя
Я чувствовала себя так, словно меня перемололи и выбросили на помойку.
Внешне это было лучше какой-нибудь болезни вроде гриппа.
Внутри… там будто ничего не осталось. Пустота, как в дешевой керамической статуэтке.
С этой пустотой не получилось смириться ни за долгий перелет, ни в питерских пробках, ни возле родного дома.
Боясь войти в свой подъезд, я минут двадцать сидела на лавочке. Вспоминала, как совсем недавно уезжала в аэропорт. Как, смущаясь, прятала от мамы пакет с подарком Генриховны. Как клялась каждый день высылать фотографии внуков.
Это были картинки из какой-то другой жизни.
Лишь когда соседи стали тревожно оглядываться, я заставила себя встать и идти.
К сожалению, возле двери квартиры остатки силы воли вычихались. Ключи выпали из рук. Присев, чтобы поднять их, я так и осталась сидеть на полу. Возможно, и на ночевку бы там устроилась. Но мама сама открыла дверь.
– Явилась?! – Она высунулась в коридор и посмотрела по сторонам. Затем кивнула в сторону прихожей. – Давай заходи, пока соседи не увидели.
– А это так страшно… что они увидят? – Не знаю, что на меня нашло.
– Ты мне здесь еще спорить начни! – Мама сложила руки на груди.
И снова кивком приказала войти.
– Нет. Спорить точно не хочу. – Я кое-как поднялась и, опустив голову, переступила через порог.
Как можно было догадаться, дальше лучше не стало. Закрыв за мной дверь, мама ушла на кухню. И не возвращалась оттуда, пока я не приняла душ и не переоделась."
"Все это время в доме стояла тишина. Молчал даже телевизор, который обычно работал в режиме двадцать четыре на семь. Вероятно, если бы так продлилось до самого вечера, я была бы счастлива.
Но у везения оказался слишком короткий срок годности.
Уже после душа мама вошла в мою комнату и с самым серьезным видом села на стул возле письменного стола.
– Если ты пришла, чтобы обвинить меня в чем-то, то не нужно. Пожалуйста, – начала я.
– Да нет… – Мама тяжело вздохнула. – Мне не в чем тебя винить. Что уж теперь?
– Спасибо. – Я постаралась не заметить этого ее «теперь». Не винит, и слава богу.
– Одного не могу понять.
