И меня, и подругу, и даже странноватую мамашу. Возможно, если бы не голод, я бы даже уговорил ее на няню. Чтобы не думала ни о какой работе и была нашей Варей без всяких обязанностей.
Однако в два, когда ее желудок уже требовал обеда, в дверь постучали.
Вначале осторожно и тихо. Тук. Тук. Тук.
Потом активнее и в четыре руки. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.
А после – как взбесившийся ударник на рок-концерте. Бам-тук-бам-бабах. И в два голоса на весь коридор разнеслось: «Папа-папочка!»
Можно было, конечно, отсидеться взаперти и изобразить, что никого не знаю.
Охрана больницы и администрация получили достаточную благодарность, чтобы закрыть глаза на некоторые «спецэффекты». Временный нянь Валера тоже зарабатывал немало, так что обязан был разобраться со своими беглецами.
Но моя раскрасневшаяся русалка и ее громкий желудок попросили встречу с младшими Арбениными, обед и отдых.
Раздумывал я недолго:
– Тогда едем домой!
Варя надела брюки и удивленно уставилась на меня.
– Вот так сразу?..
– Я бы пригласил тебя сейчас в ресторан или еще куда-нибудь, но… – Застегнув последнюю пуговицу на рубашке, я открыл дверь.
– Варя! Папа!
– Папа! Варя!
С громким счастливым визгом в палату вбежала моя двойня и, не замечая собственного отца, бросилась к растерянной Варе.
– Ура! Ты нашлась! – Даша повисла у нее на шее.
– Можно забирать домой! – Кондрат вклинился между девчонками и обеими руками обхватил мою русалку.
После такого вопрос «Вот так сразу?» отпал сам собой. Варя вообще не смогла ничего сказать.
Словно онемев от подобного напора, она обнимала детей, целовала их в щеки. А когда ушлая парочка потянула ее за собой в коридор, поспешила следом, забыв и о своей сумочке, и о беспорядке, который мы устроили в палате, и, кажется, обо мне.
* * *Охрана и персонал дома встретили нашу машину как королевский кортеж. Садовник тут же вручил Варе пахучий веник. Белов расслабленно выдохнул. Даже овчарка на секунду высунула морду за ворота и почти без страха посмотрела на детей.
Вместе с возвращением у меня в голове тоже что-то изменилось.
Никогда раньше не рассматривал собственный дом как семейное гнездо. Покупал его в спешке, буквально за неделю до рождения детей. Потом пять лет жил здесь в одиночестве, пользуясь лишь кабинетом и спальней. Не замечал никаких кустов и деревьев. Забыл за эти годы о чердаке и кладовке.
А сейчас словно впервые глаза открыл.
– Что-то не так? – Варя взяла меня за руку.
Сказочная девчонка! Как насквозь видела.
